— Себастьян? — Позвал я, вновь начиная нервничать. — Бас?
Юноша что-то отрывисто бросил, но слов я не разобрал, из-за близкого выстрела. Это был лазерный пистолет.
— Ученик?! — Взревел я, понимая, что происходит. Кровь закипела в венах, а тело дёрнулось в сторону туннеля, гонимое потаённым ужасом.
Недоумевающая Афелия бросилась за мной.
— Что происходит?! — Кричала она мне вслед, пока я пытался расслышать хоть что-то в творящемся хаосе передачи.
Пульсирующие выстрелы смешивались с тяжёлыми ударами и ещё одним звуком, отдалённо похожим на смех.
Когда мы добрались до скрытой комнаты, в вокс-передатчике повисла тишина. Моё сердце сковал ледяной холод.
— Себастьян? Себастьян, ты слышишь меня? — Кажется, в тот момент я начал терять контроль, потому что мой голос перестал звучать строго и грозно.
Ответа не было.
Следом за мной в опочивальню вбежала Афелия и замерла, увидев направленный в неё ствол пистолета. Я отчаянно пожирал её взглядом, одновременно вслушиваясь в оглушительную тишину вокса.
— Хальвинд, что с вами черт побери? — В этот раз воительница не позволила себе резких движений и повышенных тонов, потому что опасалась, что я не промахнусь.
— Морг, — выдавил из себя я хрипящим голосом. — Ведите меня в морг, сестра. Иначе я убью вас на месте.
***
Вернувшись в святилище, я приказал арбитрам закрыть проход и ожидать моего возвращения. Вулпус не стал спорить, с тревогой глядя на чёрный стаббер, покрытый серебряной окантовкой.
А дальше я приказал Афелии бежать. Бежать изо всех сил.
Это было чертовски опасно, ведь палатина могла обмануть меня, напасть, воспользоваться моим состоянием. Но мне было плевать. Сжимая в руках оружие, я бежал следом за ней по коридорам и галереям. Солнце практически зашло, накрывая улицы леденящей тенью подступающей ночи.
Проносившиеся мимо силуэты с беспокойством бросали взгляды, возмущённо охали.
— С дороги! Все с дороги! — Мой собственный голос был больше похож на звериный рев, чем на человеческую речь.
Весь мир для меня сейчас скукожился до размеров фигуры Афелии, бегущей впереди, мелькавшей среди размытых фигур прохожих и колонн.
Время от времени я прикасался к воксу, отправляя невербальные сигналы на передатчик Себастьяна. Но тот продолжал молчать. Тогда я вызвал Афгуста.
— Иероним? Здрав…
— Бригаду врачей в морг, — отрезал я. — Сейчас же!
Не дожидаясь ответа, я прекратил сообщение, сворачивая за очередной угол.
Не знаю, сколько в целом занял путь, потому что для меня он казался бесконечно долгим. В какой-то момент мы начали спускаться, преодолевая один пролет за другим. Мир вокруг стал мрачнее и темнее. Свет огромных люстр сменился редкими люминосферами, прячущимся за решётками в стенах. Многолюдные коридоры опустели, и теперь вместо возгласов меня окружало только эхо тяжёлых шагов целестианки.
Наконец впереди возникла громоздкая стальная дверь, охраняемая двумя стражами. Завидев бегущую в их сторону сестру битвы, они напряжённо перехватили церемониальные копья двумя руками.
— Госпожа палатина, — кивнул один из них. — Что-то случилось?
— Нам необходимо пройти, страж, — грозно произнесла Афелия, делая шаг вперёд. — Это срочно.
— Мне… — Мужчина переглянулся с напарником, явно пребывая в замешательстве. — Мне не велено пускать людей без специального разрешения… вы же зна…
Я не стал ждать, пока он договорит, и снёс укрытую шлемом голову. Воительница метнулась в сторону, прикрывая второго стража собой.
— Хальвинд, что вы…
— Если он хочет прожить ещё один чертов день, пусть откроет дверь! — Моя рука твердо целилась в лоб палатины, за спиной которой сжался худощавый стражник.
— Трон святый, хорошо-хорошо! — Заверещал тот, стараясь не смотреть на валяющийся безголовый труп рядом. — Я открою, господин, только не стреляйте!
— Живее!
Щёлкнули замки, и высокая стрельчатая дверь начала отворяться, дыхнув в лицо ледяным сквозняком.
— Себастьян! — Я тут же бросился вперёд, ныряя в холодный сумрак.
Морг представлял из себя просторное помещение, пронзённое квадратными колоннами, поддерживающими высокий потолок. Откуда-то сверху, где переплетались гофрированные трубы, силовые кабеля и громоздкие воздушные шахты, падал холодный свет.