Страдания и муки мелкого и среднего крестьянства, которое при всей своей бережливости будет разорено, в этой избирательной механике уловления голосов в расчет не принимаются.
И сейчас я видел немало печальных домов с заколоченными окнами и дверями, домов, покинутых своими хозяевами. А тогда бы число таких домов неизмеримо возросло. И обитатели Лайхия и Исокюрё забыли бы о скупости, так как им и нечего было бы сберегать.
Кстати, небылицы о скупости Лайхия и Исокюрё сочиняются и рассказываются с добродушной усмешкой главным образом обитателями этих же деревень. А это значит, что народ отлично разбирается, где добродетель превращается в порок.
А о том, что финский работяга-крестьянин не скопидом, а гостеприимный хлебосол, обладающий к тому же чувством юмора, свидетельствует еще один экспонат, который выставлен в музее рядом с палками-повестками.
Это деревянный игрушечный жбанчик. На донышке именная метка. Хуторянин посылал его соседям таким же путем, каким шла палка-эстафета. И жбанчик означал: «Сварили брагу, приходите отведать».
Это было приглашение на крестьянский пир.
— Ну, а какой народ может похвалиться тем, что у него кулаки не жадны, не скопидомы? Только тот, у которого уже кулаков нет! — говорю я «экипажу» нашей машины, так и не свернувшей в Лайхия.
И опять неспроста слово молвилось о кулаках. На стрелке указателя, нацеленной прямо на восток, в том направлении, куда и шла наша машина, написано: «Лапуа».
В этом селе зародилось фашистское движение, охватившее в свое время всю страну, но окрещенное — по месту рождения — лапуаским. Лапуасцы печально прославились погромами помещений рабочих организаций и другими насилиями. Здесь, в округе Лапуа, даже праздники зачастую кончались кровопролитными драками, убийством друзей. О нравах Лапуа рассказывает притча. Четверо братьев собрались в соседнюю деревню на свадьбу, и вдруг старший приказывает работнику: «Матти, положи в сани пятый топор, бабушка тоже хочет с нами ехать на свадьбу!»
На развилке машина наша повернула на север. Нас ждали друзья в Коккала.
Коккала.
«Рыбий петух» — калакукко — так называется любимый финнами пирог из ржаной муки. Между двумя его корками запечены целиком рыбешки вперемежку с кусками свиного сала. Родина этого пирога Саволакса. И поэтому ночной экспресс из Куопио — центра Саволаксы — в Хельсинки с трехъярусной начинкой мягких спальных мест, на которых почивают разного рода рыбешка и заплывшие салом дельцы, также именуется калакукко.
От Коккала до Оулу мы добирались на поезде, но так как весь путь занимал меньше пяти часов и проходил в дневное время, то поезд этот совсем не был похож на «рыбьего петуха», старомодно украшенного медью. Это был новенький трехвагонный дизельный поезд. Одни лишь сидячие, мягкие места. Чистенькие, просторные вагоны напоминали новые наши цельнометаллические.
Через большие окна солнце заливало светом вагон, и, если бы не пухлые снега, бежавшие навстречу поезду, можно было подумать, что весна в разгаре и что мы не где-то поблизости от северной границы земледелия, а на юге.
Напротив нас сидели две пожилые дамы с пакетами в руках.
Коротая время, Аско открыл газету и начал пересказывать мне новости дня. Вчера вечером в самой большой парикмахерской Коккала — городка, откуда мы сейчас уезжали, — проходил общественный просмотр и обсуждение новых моделей причесок.
— Жаль, что мы об этом не знали вчера!
— Оказывается, в Дании, — продолжал он, — в прошлом году уже посвящены в сан пастора четыре женщины. Ссылаясь на это, воспрянула духом и финка — претендентка на сан пастора, и осенью предстоят новые дебаты. В связи с этим газета взяла интервью у шведских священнослужителей. Они отрицательно относятся к датскому нововведению и финской претендентке.
— Стоит нарушить один лишь завет, одно каноническое правило — и тогда каждый будет нарушать любое из них. Где остановиться? — говорит шведский епископ.
В газете напечатан протест Союза писателей Финляндии по поводу того, что государственные железные дороги не предоставили льготной скидки для делегатов юбилейного съезда Союза писателей (ему стукнуло шестьдесят лет), скидки, которая обычно предоставляется всем общественным съездам и конференциям. И дальше Аско переходит к объявлениям: