— «Ваши демократические деды-морозы гораздо лучше и веселее, чем из других бюро!» — говорят нам клиенты, — с удовлетворением сообщает Эса.
Трехлетний курс, но уже не средней школы, а института, Кууно закончил опять-таки в два года. Правда, некоторые предметы были ему зачтены как человеку, окончившему офицерскую школу.
Как и прежде, рассчитана была каждая минута, напряженная учеба сочеталась с непрестанной тренировкой на спортивных площадках. Но ко всему этому Кууно уже был захвачен активной общественной работой в Социалистическом союзе студентов, в обществе «Финляндия — СССР», и Обществе сторонников мира. В 1947 году он завоевал звание чемпиона Финляндии за прыжок в высоту на 190 сантиметров.
Стоит ли перечислять победы Хонканена на Олимпийских играх в Лондоне, на соревновании Норвегии и Финляндии в Осло, когда он — прыжком на 193 сантиметра — перекрыл свой прежний рекорд! В это время, окончив институт, он был уже учителем гимнастики в лицее сначала в Тампере, а затем в Кеми.
Делегация Финляндии на Всемирный конгресс сторонников мира в Варшаве избрала его своим секретарем. Конгресс Международного союза студентов — в постоянное бюро. И там, в Праге, около года он работал секретарем по спорту. А вернувшись на родину, снова стал учителем гимнастики в Тампере, в лицее для мальчиков.
Слушая рассказ о жизни Кууно Хонканена, еще раз убеждаешься в том, как тесно переплетается в Финляндии спортивная жизнь с политической.
В центральных органах Рабочего спортивного союза (ТУЛ) верховодили правые социал-демократы, которые прошли в руководство в то время, когда левые рабочие не могли выступать открыто. И хотя после войны положение в стране изменилось, хотя в ТУЛ пришло много активной рабочей молодежи, сочувствовавшей коммунистам и народным демократам, во главе ТУЛ по-прежнему находился друг и соратник Таннера Вяйне Лескинен — недавний председатель шовинистской организации «Братья по оружию». Это руководство, проводя раскольничью политику в рабочем классе, запретило финским рабочим-спортсменам принимать участие во Всемирном фестивале молодежи и студентов в Берлине в 1951 году.
Но, вопреки этому запрету, Кууно поехал на спортивные соревнования.
Он занял там третье место.
Казалось бы, финские спортивные организации могут гордиться своим посланцем.
Однако по возвращении домой руководство ТУЛ дисквалифицировало его!
Год он не мог принимать участия в соревнованиях, спортивные площадки были для него закрыты.
Через год «табу» с Кууно было снято, и он снова отстаивал спортивную честь Суоми — в соревновании с норвежцами. Но вскоре был снова дисквалифицирован — и уже, как «рецидивист», на два года, потому что, ослушавшись «спортивных боссов», представлял финскую молодежь в соревновании на Всемирном фестивале молодежи в Бухаресте в 1953 году.
Принципиальное поведение таких спортсменов, как Хонканен, — а их было немало, — несмотря на все репрессии, которым они подвергались, обновление рядов ТУЛ рабочей молодежью, вырастающей ныне в обстановке, когда левые рабочие организации легальны, привело к тому, что с каждыми новыми выборами в руководящие органы ТУЛ таннеровцы один за другим вынуждены были уступать место тем, кто ближе к массам рабочих-спортсменов и более энергично и последовательно отстаивал их интересы.
Несколько лет назад Лескинен и его друзья увидели, что они потеряли большинство в руководстве ТУЛ. Тогда-то они и повели разговоры об «объединении спорта», взяли курс на уничтожение ТУЛ, на слияние его со СВУЛ; это фактически привело бы к тому, что рабочая организация растворилась бы в недрах более богатой буржуазной и потеряла свое лицо.
Напряженная борьба внутри ТУЛ всколыхнула рабочих-спортсменов. В результате к руководству пришли сторонники антитаннеровской социал-демократической оппозиции.
После этого очередной съезд социал-демократической партии объявил, что ТУЛ «не пользуется доверием партии, а социал-демократы, находящиеся в руководстве союза, считаются выбывшими из рядов социал-демократического движения».
На этом же съезде социал-демократические лидеры попытались нанести удар по ТУЛ. Дело в том, что ТУЛ, как и все большие спортивные организации в Суоми, получает определенную денежную дотацию от государства. Так вот, съезд рекомендовал руководству партии добиваться, чтобы Рабочий спортивный союз был лишен этой дотации.
Интересы широчайших масс рабочих-спортсменов ничего не значат для таннеровцев, когда надо расправиться с «ослушниками».