О нашей компании: «Эспен куотерли» — стильный журнал, уделяющий особое внимание событиям культурной жизни. Наш журнал публикует серьезные, глубокие критические исследования о книгах и фильмах и обзоры наиболее важных событий культурной жизни.
Контакты: Пожалуйста, представляйте резюме и рекомендательные письма на имя Келли Мартин по адресу: kmartin@aspenq.com
Думаю, мое резюме нуждается в незначительном редактировании. Меняю название последней должности с «Помощник по развитию» на «Помощник редактора», и пусть это говорит само за себя.
Затем продолжаю нарушать все мыслимые правила.
Из своего огромного опыта я знаю, что лучшее письмо — предельно простое. Коротко и непосредственно по делу. Но отчаянные времена заставляют прибегать к отчаянным мерам.
Поэтому я совершенно не намерена делиться с вами подробностями этого письма. В конце концов, это не ваше дело. Это личное письмо — дело касается только меня и «Эспен куотерли». Незаинтересованная сторона могла бы счесть текст напыщенным, перегруженным, но я нахожу его красноречивым и убедительным. Агрессивно, говорите? Я бы сказала — страстно. А как еще можно предельно ясно сообщить, что именно я и есть кандидат, готовый к переезду?
Проверяю орфографию. Ни одной ошибки. Перечитываю. Блестяще! Но может, следует сократить с двух страниц до одной?
Нет, нет, нет! Текст плавно струится, поет, очаровывает, завораживает. Редактировать, добавить, сократить? Это только лишит слова их прелести.
Задерживаю дыхание и прикрываю глаза. Нажимаю «отправить».
Когда дыхание восстанавливается, приоткрываю один глаз, искоса глядя на экран. Письмо исчезло. Но его чарующее воздействие осталось.
Резкий звонок домофона мгновенно выводит меня из транса. Тоскливо шаркаю к входной двери.
— Алло?
— Посыльный!
— Да, поднимайтесь. — Нажимаю кнопку.
Посыльный довольно долго тащится вверх по лестнице. Когда он наконец, появляется на площадке, я стою в дверях, скрестив руки. Он смущен.
— Извините. Я разбудил вас?
— О? — Оглядываю себя. Я все еще в футболке и спортивных трусах от «Секрет Виктории». Неужели предполагается, что я встречу посыльного при полном параде? — Нет, я уже встала. — Я больше смущена, чем рассержена. Мысленно решаю к полудню сменить шорты на спортивные штаны.
Посыльный протягивает конверт. Он гораздо легче, чем я ожидала. Но, все же, испытываю знакомый трепет и волнение — знаете, то волнение, с которым открываешь что-нибудь, что угодно! Откупориваешь бутылку шампанского, снимаешь обертку с нового DVD, выдавливаешь прыщ. Я даже не дожидаюсь, пока посыльный уйдет, сразу набрасываюсь на сургучные печати, словно там внутри шоколадный трюфель с ореховой начинкой.
«Убийство в Майами-Бич»? Почему из всех рукописей, высящихся стопкой на столе Принцессы, она прислала мне именно эту? Живенький детективчик или, хуже того, сексуальная возня со сменой партнеров? С отвращением швырнула книжку на кофейный столик, займусь ею позже. Сейчас у меня есть куда более важные дела.
Остаток дня я азартно разыскивала в Интернете любые предложения о недвижимости в Эспене. Надеюсь, Аманда оплатит мою долю квартиры до конца года. Она вполне может позволить себе это, учитывая ее долбаные повышения и прочее. Может, новый приятель Аманды переедет к ней? А когда срок аренды закончится, они могли бы пожениться, купить дом в Коннектикуте и строить семью. Благослови их Господь!
У меня ушло немного времени, чтобы найти дом моей мечты. На такую квартиру я никогда не раскошелилась бы, даже если бы зарплата вдвое превышала ту, на которую я могла рассчитывать, заняв такую должность в Нью-Йорке. Однако я дала волю воображению и представила роскошь, в которой по несправедливости судьбы отказывала себе так долго. Собственная стиральная машина? Камин? Двор?
Собственный двор! Я завела бы собаку!
Выйдя с сайта аренды недвижимости, я запустила компьютер на поиск новых и лучших друзей.
До шести вечера не вставала из-за компьютера и оторвалась от него только потому, что позвонили в дверь.
Молча нажала на кнопку домофона, предположив, что это Аманда явилась домой пьяная и не может найти ключи. Только потом мне пришло в голову, что даже если L такие, как я, в шесть часов вечера вполне способны превратить один глоток в пять бокалов, то ни один работающий придурок не прикоснется к марочным винам до наступления темноты.
Стук в дверь очень решительный, это беспокоит. Ничего общего с невыразительным хилым тук-тук Аманды. Не снимая цепочку, настороженно выглядываю в приоткрытую дверь.