И если мы собираемся просто сидеть в темном кинозале и это даже не свидание — а так оно и есть, — то какая разница?
И не предполагала, что успею вовремя. Стремительно осмотрев гардероб, я обнаружила, что мои лучшие джинсы в стирке, поэтому пришлось бежать в «Городскую одежду» за парой, которую я присмотрела уже несколько недель назад. Я собиралась дождаться распродажи, но это, же особые обстоятельства. И в любом случае они стоили каждого заплаченного за них цента. Клянусь, моя задница никогда не выглядела так роскошно.
Раз уж я вышла, то задержалась у «Сефоры» попробовать образцы помады. Продавщица застукала меня, когда я пыталась стащить смелый оттенок соблазнительного красного. Прикинувшись дурочкой, я позволила ей убедить меня купить серый карандаш для век, якобы для того, чтобы придать зеленоватый оттенок моим безжизненным и невыразительным карим глазам.
Так что сами понимаете, куда ушло время.
Мчусь в кино, едва не выскакивая из новеньких джинсов. Да, пожалуй, штанины длинноваты. Но это хорошо. Я таким образом, пытаюсь скрыть, что ношу старые, жутко немодные туфли на платформе, благодаря которым кажусь дюймов на пять выше.
Джейк ждет на улице. Завидев меня, он выбрасывает окурок. Веер искр пляшет по тротуару, а затем фильтр исчезает в водостоке.
— Какая по счету сигарета? — запыхавшись, спрашиваю я.
— Первая.
— Прости, я опоздала.
— Нет проблем. — Он похлопывает себя по карману. — У меня уже есть билеты. Я опасался, что будет очередь, а я не считаю просмотр фильма полноценным, если не видел все анонсы.
— Понимаю. Я появляюсь как раз к вопросам зрительской викторины. Кстати, знаешь единственного человека по имени Оскар, который получил «Оскара»?
— Оскар Хаммерштайн?
От удивления раскрываю рот. Джейк удовлетворенно смеется:
— Ты слишком впечатлительна. Этот вопрос был на прошлой неделе. Перед фильмом с де Ниро.
— А, верно.
Он распахивает дверь.
— Итак?
Перебрасываю через плечо воображаемую шаль и проплываю мимо него.
Я уже почти забыла, как волнует поход в кино в пятницу вечером. К счастью, еще на прошлой неделе мы выяснили, что оба предпочитаем сидеть подальше, и сейчас заняли отличные места в четвертом ряду с конца, в самом центре. И тут пара средних лет устроилась прямо перед нами. Я застыла.
— Хочешь пересесть? — спрашивает Джейк.
— Ты не возражаешь?
— Ничуть. Как насчет предпоследнего ряда?
— Было бы классно. — Подхватываем свои вещи и перемещаемся. — Спасибо.
— Да брось. Рядом со мной все равно устроилась шумная компания. Кажется, из тех, что любят поболтать во время фильма.
— Пфф, — возмущаюсь я. — Это хуже всего.
Свет медленно гаснет. Джейк откидывается на спинку кресла, готовый насладиться анонсами. Я же сижу прямо, по крайней мере еще минут пятнадцать, поглядывая на двери и браня опоздавших, шумно врывающихся после последнего звонка. В опере такого не бывает. Если пропустили начало, вам придется ждать антракта. Таковы правила.
Но даже когда прекратился поток опоздавших, нам не удалось в тишине и покое насладиться фильмом. Довольно скоро выяснилось, что сразу позади нас устроилась парочка глухих стариканов.
— Что он сказал? — громко спрашивает мужчина, а жена пересказывает ему.
— А что она сказала?
Невольно вытягиваю голову. Да, выразительный жест должен был бы подействовать. Но нет. Тогда вдыхаю поглубже и произношу громкое «шшш!».
Мужчина молча смотрит на меня. Потом поворачивается к жене:
— Что она сказала?
Через два часа фильм заканчивается. Ступаю на эскалатор и поворачиваюсь лицом к Джейку.
— Немного разочарована? — спрашивает он.
— Я та-а-ак рада, что ты это сказал. Я думала, проблема во мне. Я предвкушала…
— Знаю. Я целый год ждал этого фильма…
— Это на моей совести. Я так разрекламировала этот фильм, но он не имеет ничего общего с тем, что я предполагала.
Мы миновали первый пролет эскалатора и остановились на площадке, уже собираясь завернуть и продолжить движение к выходу. Но тут я остановилась.
— Погоди-ка!
— Что такое?
— Гляди! — Указываю на афишу с портретом Тома Хэнкса. — Понятия не имею, что это за фильм.
— Ты о чем? — усмехается Джейк. — Погляди на него. На нем больничный халат. И он в инвалидной коляске. Этот фильм получил награду Киноакадемии, о чем пишут повсюду.
— Мы должны посмотреть его!
— Как, сейчас?
— Он начался всего пять минут назад.
— О-о-о! — Джейк пытается удержать меня. — Нет, мы не можем.