Василий стал Героем Советского Союза. Это звание Президиум Верховного Совета СССР присвоил ему 22 февраля 1943 года.
В своей предыдущей книге я уже познакомил читателей с Зайцевым, теперь хочу рассказать, с чего Василий Григорьевич начинал.
В конце августа подразделение, в котором был Зайцев, занимало оборону в заводском районе. В один из дней его назначили сопровождать командира батальона на передовые позиции, в разбитые цехи метизного завода.
— Покажи, какой ты телохранитель, — то ли в шутку, то ли всерьез сказал комбат Зайцеву. — Видишь бегущего немца?
До цели, одетой в серый мундир, было далеко — метров восемьсот. Зайцев выстрелил — и немец упал ничком. К убитому подбежали еще двое, очевидно товарищи. Прогремели два выстрела, и теперь на земле лежали уже трое…
Утром следующего дня ему вручили снайперскую винтовку, ту самую, про которую пошла молва, что она якобы снабжена особым прицелом и особым спуском, и с которой Зайцев не расставался.
Василий Зайцев уроженец Челябинской области. До войны он жил в лесу, промышлял белок. Настоящий охотник, чтобы не портить шкуру, бьет зверька в глаз из дробовика. Так охотился и Зайцев.
…Минуло двадцать лет после окончания войны. Всюду проходили митинги, собрания в честь Победы.
Было такое собрание и в Казани, в Историческом музее, где ветераны встречались с жителями города.
В тот день Зайцев достал свои награды, надел праздничный костюм и отправился на собрание, куда его пригласили как почетного гостя.
— Вас будут особенно внимательно слушать, мы вам дадим слово в конце торжественной части, — сказали Василию Григорьевичу.
Ему не хотелось говорить о себе — он жив и здоров, а многие его товарищи навеки остались на берегах Волги. И когда подошла очередь, Зайцев стал говорить про своих боевых друзей:
— Настоящие богатыри были. Ведь как воевали! Поручают снайперу занять позицию — он выполняет приказ. И вот картина — к концу первого дня перед этой позицией фашисты не ходят, а бегают. На второй день они только ползают. А на восьмой день один наш снайпер держал под контролем все подходы к домам, занятым гитлеровцами. Так воевал мой погибший друг, комсомолец Анатолий Чехов. Он уничтожил 265 фашистов…
Раздался гром аплодисментов — и в этот момент в одном из рядов поднялся немолодой мужчина и, прихрамывая, направился к сцене.
Это шел Анатолий Чехов.
В последний момент боев за Сталинград Чехов был в числе наступавших в поселке Красный Октябрь. Рота Чехова занимала дом, когда командир приказал ему добежать до батареи 45-миллиметровых пушек и передать расчетам — надо помочь пехоте и подтянуться ближе к передовой.
Анатолий бросился выполнять приказ, а когда вернулся, то увидел, что дом разнесло прямым попаданием мины. Всех, кто там находился, зачислили в списки погибших… Вскоре Чехов получил тяжелое ранение, и его отправили в тыл.
Так много лет спустя снова оказались рядом легенда и быль.
…Цифры говорят о масштабах сражения под Сталинградом. С нашей стороны в бой было введено 13 535 орудий и минометов, 979 танков, штурмовых и самоходных орудий, 1360 самолетов.
Тридцать первого января 1942 года южная группировка немецких войск во главе с генерал-фельдмаршалом Паулюсом сдалась в плен. Второго февраля капитулировала северная группировка. На полях сражений подобрали и похоронили 147 200 трупов немецких солдат и офицеров. В плен взяли 91 тысячу человек, в том числе 24 генерала, более 2500 офицеров.
Это была величайшая победа.
Солдатские письма Шуры Шляховой
Росла в Запорожье девочка. Она стала комсомолкой, окончила школу, и ее приняли на работу в трест «Запорожстрой» нарядчицей железнодорожного цеха.
Все в ней было самое обыкновенное. В школе — не отличница. В комсомольской организации — не активист и не штатный оратор. В обращении с людьми — скромная, порой даже застенчивая.
Отличалась ли она храбростью? Куда там! Она боялась темноты, не могла слышать про мертвецов.
Началась война.
С фронтов шли известия о тяжелых боях, героизме защитников Родины.
Узнала страна и о подвиге Зои Космодемьянской — Тани. Всех буквально потряс очерк П. Лидова «Таня», опубликованный в «Правде».
В Центральный Комитет комсомола и редакцию «Правды» стало поступать множество писем. Отцы и матери спрашивали: ответьте, кто эта девушка? Не наша ли это дочка? Сотни родителей совершенно естественно предполагали, что, окажись на месте Зои их дочери, они поступили бы точно так же…