Вдруг из-за поворота вышла Дунечка в чепце,
Окинула пожарных нежным взором.
Две розовые ямочки на Дунином лице
Тотчас же погубили брандмайора!
Впереди оркестра бывший гренадёр…
Дрогнул брандмайор, вздрогнул брандмайор.
Черные усища, тёмно-пегий конь…
Ой, не надо, бабоньки, маслица в огонь!
Как будто шмель красавца в сердце жалит,
Как будто рвутся струны раненой души…
Не улыбайтесь, господа, ему не до пожара, —
Он свой теперь не может потушить!..
Лентами в Чернигове каждый дом увит,
Шепчется испуганно громада:
Вслед за брандмайором поразил огонь любви
Лучшую пожарную команду.
Посреди семейства — бывший гренадёр —
Строгий брандмайор, стройный брандмайор.
Дуню обнимает крепкая ладонь —
Вот что значит — вовремя маслица в огонь…
Как Дуня хороша в вишнёвой шали!..
Есть у неё забота — распашонки шить…
В Черниговской губернии свирепствуют пожары.
Никто теперь не будет их тушить…
Песня В.И.Чапаева об Анке-пудеметчице и бое с фон-каппелевцами
Я, значится, усы свои подкручивал, —
Как вдруг влетает Петька, мой денщик:
«Ползет, — грит, — на нас фон Каппель тучею!»,
А я ему так прямо: «Не пищи!
Пущай бойцы натягують подштанники,
Пущай ослобоняють попаддю,
Коням нехай овса дають и пряники,
А я пойду Фурмана разбудю.»
Шрапнелею рванула артиллерия,
Ряды их раскромсали, как могли.
Гляжу, — ложатся наземь гады-белые…
Ну, тут и мы с Анютой залегли.
У них на флагах тот, что с трансформатора —
Ну, череп-кости — прямо дрожь берёть!
Орлы их кроють бомбами и матами,
А ескадрон пока в засаде ждёть.
Идут красиво — кителя с иголочки.
Барон их даже ванну принимал.
А тута вши совсем заели, сволочи, —
Хоть я ведь тоже — красный генерал!
Шмаляють хлопцы, словно одурелые,
Сбивають офицеров, как кегли…
Гляжу, — ложатся наземь гады-белые…
Ну, тут и мы с Анютой залегли.
Когда подперла к горлу ситуация,
Я Анку посадил за пулемет:
«Не дрейфь, — грю, — у нас емансипация!» —
А сам жму огородами — в обход.
Надел я бурку черную верблюжую
И как орел помчался к белякам.
Кобыла моя плакала сконфуженно, —
Как после боя пёрли на руках!
Эх, выпили мы бочечку победную,
И спели песни под Бюль-бюль оглы!..
Лежат в степях, чернеют гады-белые…
Ну, тут и мы с Анютой залегли.
1974 г.
Песня Анки-пулеметчицы про Василия Ивановича
Закучерявились мои годочки,
Срубили мою молодость с плеча…
Взглянуть теперь хотя б одним глазочком
На Петьку, на Василь Иваныча…
Таперь геройский вид не по карману,
Таперь усе пропиской дорожат!
Здоровый был мужик Василь Иваныч,
А главное-то — все соображал…
Бывало, подойдет и скажет: «Нюта! —
а сапоги блестять, как унитаз, —
Пойдем со мною в рожь на две минуты!» —
«Нет, — говорю, — Ивасик, не сейчас!»
Таперь девчонки расцветають рано,
Таперь их у школах учат, как рожать…
Здоровый был мужик Василь Иваныч,
А главное-то — все соображал…
Меня намедни в пионерки брали,
На митинге присутствовал народ…
Такие морды были у ентим зале, —
Что я жалела: где мой пулемет!..
Таперь по блату можно петь сопраном
И совесть прятать в личных гаражах…
Здоровый был мужик Василь Иваныч,
А главное-то — все соображал…
Ностальгия
Ох вы, братцы дорогие,
Мучит душу ностальгия,
Жжет меня, стирает в пыль и порошок!
Что за странная эпоха:
Слева плохо, справа плохо,
А ведь где-то же должно быть хорошо!
Я вонзаю глаз бессонный
Как пращу
Я кручу свой «Панасоник»
И ропщу:
Охмуряют беспардонно
Голоса,
Обещают за кордоном
Чудеса.
Там в Канаде ли, в Кувейте
Говорят:
«Пейте — ешьте, ешьте — пейте
Все подряд!»
Я вздыхаю втихомолку,
Я, ребята, не пойму:
То ли мне купить ермолку,
То ль повязывать чалму?