- А наши стулья где, Ваше Величество? – кривляется Бен.
- Видимо, в другом месте. Вы настаивали на том, чтоб Кира участвовала, но был минимум посторонних. Так вот, всех таковых, прошу покинуть помещение.
- Мы так не договаривались, Рей. А если что-то пойдёт не так?
- Макс, вы идете за стекло и наблюдаете. Думаю, если нужна будет ваша помощь, то вы поймёте.
Бен что-то хочет сказать, но Макс прерывает его хлопками по плечу. Через пару секунд дверь защелкивается.
Воздух резко накаляется. Она аккуратно ведёт плечом, стараясь унять нервозность. Дурочка. Кто, блять, вообще выдал ей эту майку? Такое ощущение, что она только живот прикрывает.
Кира начинает дышать глубже, заставляя грудь вздыматься чаще. Чувствую, как член в штанах напрягается. Сука, как давно я имел кого-то? Неделя прошла точно. После всей этой херни нужно сбросить пар. Но каким, блять, образом? Хочу только ее. Хочу снова ощущать в своих руках, слышать ее стоны. Мимолетно дергаю головой, пытаясь сбросить наваждение. Сейчас нужно думать только о её безопасности.
- С места на вставать, – нарушаю тишину железным голосом – Виктора не касаться и, без моего разрешения, с ним не разговаривать. Все понятно?
От неожиданности она бросает на меня короткий взгляд, но быстро отворачивается, произнося тихое «да».
Я набираю номер Георга, и через минуту заводят Виктора. В наручниках, с повязкой на глазах и клипом во рту. Кира сразу дёргается в его сторону, но сама же возвращается на место. Она все-таки умеет слушаться?
Парни сажают его напротив нас, снимают наручники и приковывают к креслу по ногам и рукам.
- Для чего кляп? Он же слова ни сказал с того момента, как это началось.
- Сегодня сказал. Весь день как робот твердит «гвоздь в крышку гроба, гвоздь в крышку гроба…».
Кира, натянутая как струна весь этот процесс, резко поворачивает на меня голову. Не успев сообразить, поворачиваюсь на нее и сталкиваюсь с беспокойным взглядом. Она поняла, о чем он говорит, но вспомнив, что рядом я, а не кто-то другой, виновато возвращается в прежнее положение, не произнося ни слова.
Раздраженным голосом процеживаю:
- Ты что-то хочешь сказать?
Она отрицательно машет головой. Сука, и здесь мне не доверяет. Знает, что все серьёзно, но даже это не помогает вести себя здраво, а не как обиженный ребёнок.
Не переводя взгляд с её профиля, прошу снять с Виктора повязку и кляп, а, затем, покинуть помещение.
Как только ткань слетает с его глаз, он сталкивается взглядом с Кирой и подаётся вперёд. Она отшатывается от неожиданности, но быстро берет себя в руки, складывает ладони в замок и перемещает их на стол.
- Ты меня услышала. Ты пришла. – радостно раздаётся хриплый голос мужчины. - Я смогу спасти тебя. Ты будешь жить.
Кира смотрит на него огромными глазами. Я хочу взять её за руку, показать, что ей нечего бояться, но, не уверен, что это действие не испугает её ещё больше.
- Ты говоришь со мной? – уточняет она, придвигая стул ближе к столу.
- С кем ещё я могу говорить, Кира?
Она бросает на меня удивлённый взгляд. Да, девочка, я сам знаю, что презентовался Виктор как зомби, который даже не моргает. Для меня его активность-тоже новость.
- Ты спасешься, если будешь слушать меня. Беги отсюда. Они забьют гвоздь в крышку твоего гроба. Ты была права. Ты знала это уже тогда. – голос металлический, компьютерный, но взгляд осознанный, направлен в упор на нее.
Я хочу что-то ему ответить, но чувствую мягкое прикосновение к своей руке. Кира. Положила свою ладонь на моё запястье, и смотрит с мольбой в глаза. Хочешь поговорить с ним? Что бы я не вмешивался? Я коротко киваю и она убирая свою руку, с благодарностью улыбается. Мой внутренний зверь скулит, разочарованный, что её тепла больше нет.
- Виктор, ты знаешь, почему ты здесь? – наблюдаю как она участливо заглядывает ему в глаза.
- Да, Кира. – впервые переводит взгляд с неё на меня. Он становится тяжелее. Как будто мужчина сейчас сорвётся, но Виктор остаётся неподвижным.
- Из-за чего?
- Из-за того, что ты больше не его. – произносит, ведя со мной молчаливую битву. Что значит «больше не его»?
- О чем ты говоришь? – Кира ведёт себя как добрый полицейский. Спокойно и последовательно задает вопросы, на которые я очень хочу узнать ответы. Но, что-то мне подсказывает, что они мне не понравятся.
- Он узнал, что было между нами.
Сжимаю кулаки, что замечает Кира. Она и без того в шоке от услышанного, я даже не сомневаюсь, что она действительно не понимает, о чем он. Моя девочка опять с мольбой в глазах просит успокоиться. Зверь надеется на прикосновение, но его не следует.
- Мы с тобой…? – озвучивает Кира, принимая его игру.
- Не делай вид, что не помнишь, девочка. Можешь сказать правду, я не позволю ему обидеть тебя. – его обращение срывает планку. «Девочка»? Какого хера он называет её так? Какого хера он должен защитить её от меня? Гребаный псих.
Вскакиваю с места и подлетаю к нему, нависая сверху.
- Расскажи-ка мне, что между вами было, Виктор. – мы молча сверлим друг друга взглядами.
- Рей, мы здесь не для этого, мы должны помочь, ты же видишь, что он не в себе.
Он переводит на Киру щенячий взгляд.
- Ты не веришь мне? – быстро меняет сломанный голос на металлический - Ты должна мне поверить: беги. Здесь тебя убьют.
Хватаю его за толстовку, но быстро отбрасываю и отхожу к стене, чтобы успокоиться.
- Кто убьет меня, Виктор? – не сдаётся Кира.
Он долго молчит, но потом я слышу:
- «Каждый из вас вобьет гвоздь в крышку моего гроба, даже если будет жалеть об этом». -произносит он отстраненно – Зачем ты задаёшь мне вопросы, на которые знаешь ответ? Не трать наше время, его и так слишком мало, Кира.
Кира в испуге прикрывает рот рукой. И смотрит на меня.
- На сегодня достаточно. – отрываюсь от стены.
- Нет, не достаточно. Дай мне побыть с ней наедине. – произносит глядя на нее
- Я. СКАЗАЛ. ДОСТАТОЧНО. – не узнаю свой голос. Моя девочка напугана. Глупо было рассчитывать, что она спокойно выдержит это давление.
Через пару секунд заходит охрана и Макс с Беном. На Виктора снова надевают повязку, на что он даже не сопротивляется.
- Все в мой кабинет. Я провожу Киру в комнату и приду.
Они кивают и оставляют нас. Кира обнимает себя руками и я замечаю, что она замерзла. Отнимаю её руки по одной и кладу в свои, стараясь согреть. Она ледяная. Смотрит на меня своими огромными глазами, но молчит, не перечит. Одной рукой прижимаю её ладони к её полуголой груди, а второй беру за талию и прижимаю к себе, кладя подбородок на её макушку. Впервые чувствую не желание, а нежность. Хочу поделиться своим теплом, заставить её отвлечься от того, что только что происходило.
Слышу всхлип и отстраняюсь, чтобы заглянуть в её лицо.
- Девочка, ну что такое? Что за вода? – произношу настолько мягко, насколько умею, после чего прижимаю обратно.
Всхлипы усиливаются. Я должен дать ей понять, что все, что говорил Виктор- полная херня, но боюсь сказать что-то, из-за чего она вспомнит всю боль, которую я причинил. Просто не поверит в то, что её больше не тронут.
- Послушай меня. – делаю паузу – Слушаешь? – чувствую её лёгкий кивок.
- Ты многое здесь пережила, но, поверь, я скорее сдохну сам, чем позволю кому-то из своего дома, да и кому-либо другому, лишить тебя жизни. Ты – самое важное, что у меня есть.
- Но Виктор ведь видит будущее, он знает, о чем говорит. Я верю, что ты действительно думаешь, что опасности нет, помимо очевидного. – она не может не напомнить о моих срывах – Но связавшись с вами, я подписала себе смертный приговор. Пока существует эта связь – шансов остаться в живых нет. Я знаю оппозицию, сама была её частью. Когда я попаду в их руки, меня не пожалеют.
- С чего ты взяла, что ты попадёшь в их руки? – смотрю ей в глаза.
- Глупо не замечать очевидного. Кто-то выводит вас из игры, не смотря на все ваше влияние. Ты говорил, что создателей вы убили, значит, был кто-то выше, нельзя объяснить иначе то, что они грамотно бьют именно в цель. А про «крота» я и упоминать не буду. Ты сам знаешь, что кто-то сливает информацию.
Издаю смешок. Она говорит серьёзные вещи, но не могу их воспринимать как таковые.
- Ты где научилась так разговаривать, мелочь? – она сверлит меня недовольным взглядом. – «Крот», «сливают» - насмотрелась полицейских фильмов? – снова не могу сдержать улыбки.
- Я юрист уголовного профиля, вообще-то. Грамотнее нужно было досье изучать. – разворачивается и, высоко подняв подбородок, идёт к двери.
Зависаю на пару секунд и смотрю на её удаляющуюся спину. Не хочу, чтоб она обиделась. Что за херня? Могу срываться не нее и творить ужасные вещи, но как щенок скулю, когда чувствую, что задел её гордость. Она застывает около выхода.
- Господин комментатор, я должна сама себе дверь открывать? – как идиот расплываюсь в улыбке. Блять, что творит со мной эта женщина?
Открываю дверь и пропускаю её вперёд.