Она молчит. Отпиваю ещё глоток и откидываюсь на спинку кресла.
- Можем сейчас увидеть Виктора? Мне кажется, что мы упустили что-то важное. То, что поможет ему прийти в себя.
- Я никогда не пойму тебя, девочка. – резко подаюсь вперёд, от чего она устремляет свой взгляд в мою сторону и быстро тушуется, вжавшись в мягкую обивку – Ты и правда не понимаешь, как на меня действуют подобные просьбы? Я уже говорил тебе: ты больше не касаешься наших дел. Тем более, если они имеют отношение к Виктору.
- Ты злишься из-за того, что он сказал? Он же не в себе. – усмехаюсь и отпиваю из бокала. Ее взгляд меняется, и она опускает ноги на пол – Есть что-то ещё, что вы скрыли от меня?
- Мы закрыли эту тему.
- Но почему ты злишься на него? Ведь это я прошу о встрече.
- Я задам вопрос, а ты ответь не раздумывая. Моделируем ситуацию: ты входишь в комнату и видишь, как твой отец, близкий и любимый тобой человек, изменяет твоей матери с её подругой, которая тоже является частью вашей жизни. Кого ты возненавидишь: его или женщину в его постели?
Она задумывается.
- Озвучь свои эмоции, Кира. Не нужно думать как правильно.
- Ну, отца. Потому что если бы он не позволил, то этого бы не произошло.
- Хм, хорошо, а теперь ответь то, что чувствовала, потому что чувства ты бы не объяснила с помощью «потому что», Кира. Опять много думаешь.
- Та женщина. Я бы винила её.
- Да, Кира. Есть лишь миг, когда ты винишь отца: это то, что по-твоему, правильно, но это не значит, что ты этого хочешь. Рано или поздно, вы с ним помиритесь и ты примешь его ошибку.
- Я не понимаю, к чему ты клонишь.
- Виктор – это та подруга. Он крайний для меня. И я виню его за связь, которая существует между вами. А от тебя я не могу отказаться. Это лишь пример, на котором я показал свое отношение к ситуации.
Я вижу её скепсис. Само собой. Она же не знает, что Виктор влюблен в неё. По словам Стеф. Но интуитивно я чувствую, что это правда.
- Ты делаешь акцент не на том. Знаешь, раньше я думала, что ревность – удел слабых, неуверенных в себе. – она замолкает, давая мне возможность опровергнуть или согласиться.
- Кир, да, речь о неуверенности. Неуверенности в тебе. – чувствую её взгляд, но не хочу встречаться с её глазами. Хочу мыслить здраво – Ты в каждой ситуации ищешь способ уйти от меня.
- Рей, я…
- Дай договорить, Кира. Твои «конституционные» права не имеют для меня значения. Уж извини. Я скажу тебе то же, что говорю себе: я схожу с ума. По тебе. И чувствую, что если ты уйдёшь, то я сорвусь. Но если раньше я делал ужасные вещи ради удовольствия и не испытывал зазрений совести, то, теперь, я буду убивать и калечить из злости. Знаешь в чем разница? Поиграй с собакой с палкой – она попрыгает и забудет, а теперь представь, что этой палкой ее сильно били. Знаешь же, что она всю свою ярость вложит, чтобы уничтожить её.
- У тебя сегодня вечер метафор. Значит, я -палка и ты уничтожишь меня?
- Нет, Кира. Вспоминай метафору номер один. Я не откажусь от тебя. Виноваты будут все, но не ты. Под моими ногами целый мир таких палок. Какие-то я уничтожу первыми. Какие-то позже.
- Ты шантажируешь меня?
- Блять, Кир. Я понимаю, как это звучит. Но так и будет. Не потому что я буду мстить. Сука, да о чем говорить, если даже то, что ты смотришь с любовью на мелкую волчицу, меня выводит из себя?
Она встаёт с кресла и через секунду оказывается передо мной. Освобождая журнальный стол, садится на него и берет моё лицо в свои ладошки. Молчит. Просто смотрит в глаза.
Меня ведёт как завороженного. Я застываю, не в силах лишить себя этого момента.
- Рей, ты понимаешь, что это – болезнь? Это – ненормально и не изменится в лучшую сторону? – произносит шёпотом.
- Ненормально – отказываться от такой как ты, Кира. Ты права – это не изменится. - ты задала свой вопрос, теперь моя очередь: - Что ты испытываешь ко мне?
Она убирает руки от лица, будто моя кожа обожгла её.
- Рей, ты же не услышишь в моем ответе того, на что рассчитываешь.
- Рассчитывать на тебя, моя девочка - не самый удачный вариант. Неуправляемая, помнишь?
Ее взгляд грустнеет ещё больше.
- Я бы хотела не знать тебя. Я думала, что после смерти родителей не смогу снова раздробить свою душу. Но ты сделал это за меня.
Лучше бы она сидела молча. Я знаю, что мудак и без её наводки. Встаю и отхожу обратно к инструменту, захватит с собой опустевший бокал.
- Теперь одна ее часть грызёт меня изнутри, вопя, что я должна уйти.
Со всей силы хлопаю по крышке стеклянного графина и отворачиваюсь к стене, что бы немного унять желание разнести эту комнату у неё на глазах. Может, тогда она увидит тот бардак, который захламляет мою голову, когда она рядом.
- А другая говорит, что моё место здесь. – что? Резко поворачиваю голову в ее сторону – И решай теперь, Рей: где из этих сторон я чувствую, а где могу объяснить с помощью «потому что».