Глава 7 Рей 2024
Всю дорогу в Норд у меня было стойкое желание убивать. Кто-то из моих людей притащил на убой какую-то родственницу наших прямых поставщиков. Как выяснилось, это была сестра моего личного донора. Индивидуального, идеально подходящего по всем параметрам. Уже пару месяцев мне переливают его кровь в малых количествах, приблизив наши организмы к идентичности, насколько это вообще возможно.
Он мог качать свои права, только это было неприемлемо. Для меня. Когда-нибудь этот человек надоест мне и я убью его собственными руками, а пока мои люди ищут новый способ поддержания моего организма. Те, кто нас создал всегда говорили, что мы зависимы от волков, каждому из нас нужны их гены, но потом стало предельно ясно, нами так управляют. Я лично вырвал сердце тому, кто первый месяц ходит за мной с планшетом в руках и называл экспериментом. Затем так же поступили остальные. Когда создаёшь что-то поистине уникальное, помни, что оно не будет подчиняться, уникальность – антоним идеала.
В тот день мы вышли из центра победителями и так продолжалось в дальнейшем. Мы нашли своих врачей и каждый из них отыскал идеальный сосуд для подпитки, в случае необходимости. Наш сосуд не исчерпывался никогда, потому что он способен сам быстро восстанавливать свои силы, но он был смертен, что заставило меня искать способ обходится и без него.
Пока я мог терпеть капризы волчонка, но только потому что это никак не касалось моих интересов, и он был мне нужен. Но ведь так будет не всегда.
Поохотившись с остальными на «зверушек» я ушел в лес, мне необходимо было восстановить силы и почувствовать кровь и страх человека, с душой и сердцем, а не зайца, который боится даже своей тени. Это было условием волков: когда они рядом, мы не убиваем людей. Опять ограничения. Пора избавляться от вещей, которые могли бы ущемить мои желания.
Мне нравилось, что та девушка без раздумий пошла за мной, дура. Хотя, может быть ее смерть могла бы быть страшнее, например, после того, как мои парни развлекались бы с ней два дня без остановок. Как это было в последний раз. Хотя остановки были. У них. Но убивать ее было скучно, она сама молила об этом и я с радостью помог. Но удовольствие совсем не то, видеть как их глаза замирают, неверя, что их больше нет, как они сопротивляются – высший кайф. Чувствовать, что ты забираешь что-то желаемое у них, что-то, что принадлежит только тебе. Теперь.
Но мой кайф прервали, и я был рад, я был так рад, что мой вечер скрасила случайная жертва. Охота бы мне сейчас не помешала. Но добыча была слабой. Догнать ее не составило труда. Я забрал у нее зрение, но она не боялась, я чувствовал лишь непонимание, она вела себя, будто просто оступилась и решила подняться и идти дальше. Ну нет, девочка, я заставлю тебя бояться, я хочу насладиться этим моментом, хочу, чтобы ты дрожала каждой клеточкой своего и без того слабого тела.
Она говорит что-то про то, что не должна быть здесь. О да, девочка, тебя ЗДЕСЬ быть не должно. Я вижу, что ты начинаешь бояться, но я хочу, чтоб ты видела, видела мои глаза, мои действия и ощущала, что это последнее, что ты почувствуешь в своей жизни – ты станешь игрушкой, о которой я забуду уже завтра.
Смотрю в ее пустые глаза и понимаю, девчонка может сбежать или ее могут увезти, кем бы она не была. Дополнительные проблемы с ее поиском мне не нужны, поиграть хочется уже сейчас. Снимаю с ее глаз пелену, чем обрекаю на невозможность спрятаться от меня. Никогда.
- Когда я захочу тебя, ты должна прийти в течение часа, иначе вместе с кровью выйдет вся твоя жизнь. А теперь забудь о том, что сейчас было, пусть тебе напомнит об этом только появление моей метки.
********_*******
Это она. Сука, которая сидит сейчас передо мной и смеет отвечать вопросом на мой вопрос: сидит, как будто видит меня впервые, хотя, в ее голове это именно так. Пока.
Спасла волчицу от моих людей. Смешно до боли. Я убью их всех и ее жертва будет напрасной, может, она даже могла бы сохранить свою жалкую жизнь, если бы ее попользовали пара моих человек, когда парни в очередной раз практиковали свои игры на толпе тупых куриц. Которые сами поубивали друг друга в попытках спасти свою жалкую жизнь, а теми, кто оказался посильнее и вышел из ангара, продолжил заниматься уже оголодавший сброд, который был нужен мне только как пушечное мясо. Сомневаюсь, что кто-то остался в живых. Если и остались, то сломанные куклы, но они хотя бы дышали, а ее я вскоре лишу и этой привилегии.
- Вышли отсюда, ВСЕ.
Она даже бровью не повела, знала, что она остаётся, что разговор будет именно с ней и не боялась. Думала, что ее защитит волчонок, нашла себе дружка. Ну что ж, поиграем. Она посмела перечить мне, посмела пойти против моего слова. Ну ничего, девочка, в тебе что-то есть, возможно, ты будешь мучиться больше двух дней, оттягивая известный только мне финал. Я уже предвкушал, как она будет кричать, как ее красивое лицо исказится муками боли и ее нежное тело покроется моими следами, кровавыми, синими, не важно. Она – мое чистое полотно. Моя новая игрушка.
- Теперь ты моя собственность, девочка, на тебе моя метка. – вижу как она непонимающе хмурит свои бровки и слушаю как ее защитник что-то там бормочет, надо отдать ему должное, защищает ее как одну из своих. Это раздражает. Он не смеет мне перечить. Она не смеет надеяться на чужую помощь. Ловлю себя на мысли, что не хочу, чтоб она была настолько глупа, чтобы надеяться на этого молокососа. Пусть выкинет что-то еще, пусть заведёт меня, покажет, что достойна моего внимания.
И я проявляю свою метку, и слышу ее крик, вижу, как она оседает на пол. Я ошибся, она слабая, не может выдержать даже маленькую царапину. И ее защитник тут же начинает процесс обращения, а вот это уже интересно, потому что в моем доме он лишён такой возможности даже физически, так же,как и любой другой волк. Я вижу, что он сам не понимает, что происходит, а девчонка все так же лежит без сознания.
Мои кости начинает ломать и я понимаю, что тоже обращаюсь.
Похоже, игра стоит свеч.