Тёмный Лорд подошёл, чуть наклонился, чтобы рассмотреть яблоко на блюде, затем коснулся волшебной палочкой и произнёс:
— Диссендиум!
Ничего не изменилось, яблочко не тронулось с места. Волдеморт был недоволен.
— Ревелио! — прозвучало уже раздражённо.
Вновь ничего не изменилось.
— Горбин чего только с ним не делал — бесполезно, никакие заклинания не помогают. Возможно, чары развеялись, и предмет не имеет никакой магической силы, — быстро проговорил Бэркес. — Может быть, юная леди желает рубиновое колье? Оно придаёт владелице неотразимости…
Куда уж мне быть неотразимее? К тому ж рубины — это для зрелых женщин. Меня интересовало яблоко.
— Я чувствую, здесь есть магия. И очень сильная, — задумчиво проговорил Волдеморт.
Вдруг он захочет забрать его себе и поисследовать? А мне хотелось заполучить яблочко по блюдечку, даже если оно сломано. Мне не претило отдавать его кому-либо, даже Тёмному Лорду.
Я попыталась взять яблоко, но оно было словно намертво припаяно к тарелке. Странно. Обычное живое яблоко, даже пахнет яблоком.
— Это какое-то слабое заклинание, но чуждой силы, — проговорил Тёмный Лорд, ещё раз внимательно осмотрев предмет. — Почему оно тебя заинтересовало, Беллатриса?
Я ничего не ответила, ещё рез легонько коснулась яблока, подтолкнула его, и, к огромному удивлению, и двух волшебников, и меня, яблочко покатилось. Белый фарфор блюдечка подёрнулся туманом. Яблочко катилось всё быстрее и быстрее, туман сгущался, и сквозь него проступали очертания города. Моего города, из моего времени.
Глава 10. Предложение
О том, что я не предупредила никого о своём внезапном желании прогуляться с Тёмным Лордом по злачным местам магического мира, я сообразила, когда увидела тётушку Вальбургу в крайней степени отчаянья. Испуганные и растерянные Нарцисса с Андромедой озирались по сторонам. Маленький Регулус, взволнованный состоянием мамы, плакал, только Сириус хмуро косился на эту драму и невозмутимо ел мороженое.
Кажется, условленный час нашей встречи в кафе прошёл как минимум полчаса назад, потому что мороженое во всех креманках, до которых Сириус не добрался, растаяло. Бледный Рудольфус с виноватым видом стоял, потупившись, не смея поднять на тётушку Вальбургу глаз. Дядюшки Ориона рядом с ними не было, по-видимому, он бегал где-то в поисках меня.
Наше появление, конечно, произвело фурор. Возможно, явись я одна, не избежать бы Беллатрисе строгой выволочки. Но когда к поражённой тётушке подошёл Тёмный Лорд, она только беспомощно взглянула на меня и протянула моему спутнику дрожащую руку.
— Милорд, какая честь для нас! Беллатриса была с вами всё это время?
— Миссис Блэк, — Тёмный Лорд растянул в улыбке тонкие губы. — Не имел чести раньше быть вам представленным. Рад нашему знакомству, — он галантно прикоснулся губами к руке тётушки. Она зарделась, а я с некой обидой подумала, что мне он руки не целовал. — Беллатриса любезно согласилась составить мне компанию в небольшой прогулке. И это было полезно для нас обоих, — он улыбнулся на этот раз мне.
В чём заключалась особая польза прогулки со мной для Волдеморта, я не смогла бы ответить. Ничего вразумительного про яблочко по блюдечку я ему не объяснила, как и не нашла правдоподобных причин, почему оно меня слушается. А пересказывать русские народные сказки не решилась, едва ли английская аристократка Белла их знает, как и сам Тёмный Лорд. Но, кажется, то, что Белла умеет обращаться с непонятным предметом загадочного магического происхождения, Тёмного Лорда заинтересовало, он даже попросил прислать ему сову, когда я выясню что-нибудь о своей покупке. Бэркес был очень доволен, что ему удалось сбыть непонятный ему предмет с рук.
— В Хогвартсе отличная библиотека, Беллатриса, — проговорил Тёмный Лорд, когда мы вышли из лавки. — Ты можешь ей воспользоваться, чтобы выяснить происхождение этой вещи. И я в любом случае жду от тебя письма.
Я не знала, радоваться мне или нет. То, что Волдеморт хочет затеять со мной переписку, ужасно льстило. Похвастаюсь Андромеде, она будет в восторге. Или не похвастаюсь, лишние вопросы мне не нужны. Но больше всего я была рада, что Волдеморт не стал претендовать на мою игрушку.
А ещё мне поскорее хотелось оказаться дома, одной и как следует рассмотреть приобретение. Я была взбудоражена, и ни волшебная улочка, ни общество его темнейшества меня не радовало. А про Рудольфуса и родственников я и вовсе забыла. И теперь нетерпеливо ждала, когда обмен любезностями и радостями по поводу моего благополучного возвращения закончится.