— Но не здесь. — Нотт указал кончиком палочки на следы крови и разрухи после расправы над соперницей. — Если бы я не вмешался, то тебя бы уже давно стали допрашивать, а Поттер изначально догадался, учитывая твою маниакальную ревность. Он ведь не такой дурак на самом деле…
— Заткнись! — стоило Джиневре только услышать имя ее возлюбленного с чужих уст, как все в ее теле нарастало, покрываясь волдырями ярости и душераздирающей боли. — Не тебе говорить о нем, тем более ты сам не далеко ушел от меня, пытаясь не реагировать на эту черноволосую суку Паркинсон, — она погладила лицо ладонью, в надежде успокоить обманчивой лаской дергающиеся мышцы.
— До сих пор надеешься все обставить, как очередное нападение неизвестного? — Тео проигнорировал ее истеричный выпад, решая перейти к иной форме манипулирования. — Да даже твои сокурсники догадались и поняли, что это отдельное, не связанное с прошлыми преступлениями, деяние, в котором осталось слишком много улик. Ты сразу же выдала бы себя на первом допросе, окончательно потеряв все шансы вернуть дорогого Поттера. — слизеринец завел руки за спину, чтобы в худшем случае использовать свое тайное оружие.
Минуту гриффиндорка молчала, слишком тихо выдыхая сырой воздух. Слов благодарности он никогда не услышит от нее, но слабость перед чувствами к герою может здорово ей досадить или даже предать в самый неподходящий момент.
— Что ты предлагаешь?
— Совместную работу по одному очень привлекательному для тебя делу. Нужно подстроить все так, чтобы вышло наиболее правдоподобно, а дальше делом займутся другие люди. Это будет один раз и потребует от тебя той же сноровки, что и здесь, но…,— он задумался, прикрывая легкий зевок ладонью. — Без летального исхода.
Уизли покусала ноготок большого пальца левой руки, взвешивая и согласовывая все за и против. Теодор сумел достаточно убедительно посвятить ее в запутанные интриги, которые показались девушке ужасающе очаровательными.
— И когда нужно будет приступать?
***
Два дня пролетели в суматохе подготовительных тестов и усиленного режима контроля за учениками. Теперь в туалет многие ходили парами, остерегаясь неизвестной угрозы. Селестина Фоули еще продолжала свое лечение под бдительным вниманием мадам Помфри. Целительница строго ограничила часы посещений для своей пациентки, оставаясь равнодушной к доводам и уговорам самой пострадавшей.
Волшебники в голубых мантиях успели грубо вклиниться почти во все сферы деятельности школы, проводя осмотры территории замка и в дневное время. Наибольшую скованность и беспокойство у студентов теперь вызывали занятия по ЗОТИ, на которых помимо профессора Долиша стал регулярно присутствовать сэр Росс. Если первокурсники наивно предполагали, что мракоборец начнет красиво демонстрировать в действии правильно озвученные боевые заклинания, устраивая показательные дуэли, как во времена Златопуста Локонса, то выпускники еще больше омрачились присутствием аврора на уроках важного предмета.
Гарри сразу отметил для себя, что Долиш общался весьма отстранено с коллегой, хотя тот, наоборот, проявлял завидную выдержку и учтивость. Молодой человек решил поделиться своими подозрениями с другом. Однако Рон по-прежнему не видел никаких странностей, радуясь скорому приезду старшего брата, который должен забрать сестру на короткий, воспитательный отдых, подальше от школы.
— Я тебя уверяю, больше никаких нападений не будет. — отвечал Уизли, усаживаясь за парту. — После появления авроров, ни одна змея не посмеет больше выпустить свои клыки.
Студенты рассаживались по своим местам, ожидая прихода преподавателя. В этот раз помещение освещались сразу несколькими магическими сферами, вызывая легкое одобрение приунывшей толпы. Теперь даже самые затемненные уголки и полки предстали взору учащихся без пугающих теней паутины и пятен плесени. Похоже Джон Долиш принял решение о полной смене мрачной обстановки, успевшей закрепиться за этим местом.
— Ты опять включаешь заезженную пластинку в отношении слизеринцев, как источнике главного зла. — пробормотал Гарри, выискивая взглядом темную макушку хорошенькой головки.— Какой в этом смысл, если пострадали только студенты из факультета Слизерин?
— А меня достало это пристальное внимание. — ворвалась в их разговор Гермиона. Она села позади своих друзей рядом с Лонгботтомом и нахмурилась, как старая сова Рональда. — Складывается такое ощущение, что представители Аврората следят за нами специально, выявляя сильные и слабые стороны в магическом плане. — шатенка искренне недоумевала, почему ее интуиция так яростно бунтует против вполне логичных мер контроля и безопасности.
Была во всем этом неясная, алогичная цепочка действий, проложенная из мелочей и поведения храбрых мракоборцев. Слишком много недомолвок, напускной строгости и попыток подмять под себя весь учебный процесс. Она в очередной раз вспомнила, как Забини выразил искусно наигранное беспокойство относительно здоровья старосты Гриффиндора, когда авроры пришли за ними на ночное патрулирование. Слизеринец попросил Терлака Росса оградить Гермиону Грейнджер от обязанности патрулирования ночью.
«Какая великолепная актерская игра, только оскара не хватает!»
Девушка встретилась взглядом с Блейзом, который, как послушный отличник, уселся ближе к преподавательскому столу. Сегодня она проснулась с рассветом, испытывая дразнящую щекотку в пальцах. Память героини раскрыла свои чертоги, как книга, наполненная всевозможными, магическими заклинаниями. Разум и тело восторженно радовались стандартным чарам уборки. Заклинание получилось с первого раза и так вдохновило гриффиндорку, что она решилась на более сложное, свое любимое волшебство. Ей удалось создать небольшой лепесток магического пламени нежно-голубого цвета. Он красиво витал в воздухе, плавно меняя свою форму. Гермиона уже не пыталась бороться с теорией, о влиянии близости на ее самочувствие. Не только в физическом плане. Конечно, ей приходилось постоянно напоминать самой себе, ради чего пришлось переступать через совесть и гордость.
Шатенка погладила подушечкой большого пальца нижнюю губу, не обрывая обжигающую нить с темными глазами мулата и намеренно провела ладонью по немного болевшей спине.
«Может быть, ты поможешь мне нанести ночью мазь?»— щеки девушки красиво порозовели, а губы раскрылись от резкого вдоха.
«Боже, о чем я думаю?! Да еще во время занятий!»— Грейнджер готова была ударить себя ладонью по лбу, чтобы наконец очнуться.
— Я тоже задумался об этом. — чрез пару минут, тихо прошептал ей Гарри, заметив, что светловолосая Гринграсс пришла в одиночестве.
«Неужели ее опять допрашивают?» — избранный еще больше насторожился, убирая перо в сторону, чтобы не сломать его от гнева.
Гриффиндорцу совсем не понравилось двоякое мнение, сложившееся о работе комиссии. Аврорат не стал бы поручать мракоборцам вести слишком упорное наблюдение только за слизеринцами. Их продолжали подвергать регулярным допросам, в то время как студенты других факультетов были освобождены от подобной участи.
Ближе к концу урока, объявилась виновница его тревог.
— Прошу прощения профессор. — Панси быстро раскрыла дверь аудитории, не соизволив даже постучать. — Я старалась успеть на лекцию.
В ответ Долиш коротко кивнул, молча принимая обстоятельства ее отсутствия.
Почти все присутствующие выжидающе смотрели на нее, оценивая каждый шаг и вдох. Девушка боролась с дрожью в коленях, добираясь до своего места рядом с Блейзом. Уже во второй раз ей пришлось пропустить необходимый материал по защите, из-за унизительного допроса. Сегодня к ней в помощь приставили профессора Слизнорта, который почему-то выглядел более напуганным, чем она.
— Все нормально? — спросил мулат, вглядываясь в ее бледное лицо.
В отличии от многих, Блейз Забини успевал отмечать довольно незначительные детали, что на первый взгляд не несли никакой ценности. Но странное внимание Поттера, которое можно было счесть за любопытство в отношении брюнетки, не прошло мимо него.