Неужели это мое будущее? Неужели, даже уйдя, я так навечно и останусь ее тенью?
- Ты… правда веришь мне? – робко спросила она. Заплаканные зеленые глаза смотрели на меня со смесью страха и надежды. Одно мое слово - и ее вера умрет.
- Разумеется, верю!
Ее голос… Те слова на четвертом курсе…
- А что думает обо всем этом твой брат? – спросил я его.
- Эд? Какая разница? – не понял Джерико.
- То есть ты даже не говорил с ним по этому поводу?
- Зачем? – фыркнул он. – Он гений, что тут еще говорить.
- Понятно….
Нет, мы не так уж и похожи.
- Ладно, парень, - командир Пожирателей Смерти поднялся. – Отдыхай, а завтра я отправлю весточку Дамблдору. А пока…
Взрыв!
Комнату начало трясти, а с потолка посыпалась оставшаяся побелка.
Дверь резко распахивается и в нее влетает какой-то до ужаса напуганный тип.
- Босс! На нас напали! – закричал он.
- Что?! Они не могли нас отсле… - он резко повернулся ко мне. Затем поднял палочку и провел ей вокруг меня. В следующий миг на моем плече загорелась какая-то нитка. – Следилка! Некомпетентные ублюдки! Говорил же, Финитой все обработать, но нет, ничего доверить нельзя! Бездна! Сколько нападающих?!
- Эм-м-м… - замялся подчиненный.
- Говори немедленно!
- Одна…
Взрыв!
Здание вновь тряхнуло, а оба Пожирателя бросились к месту боя…
- Генни...
Глава 27. Поступь гения.
Способов глупо умереть в магической схватке, будучи силен хоть как Гриндевальд, десятки. Например, даже какой-нибудь мощнейший сферический вид Протего, закрывающий тебя со всех сторон, спокойно пропускал затаившуюся на полу ядовитую змею… А Серпенсортиа – не Авада, ей овладеть может и жалкий уличный бандюга. Да, на дуэли бесполезно, но, когда ты сражаешься с полудюжиной слабосилков, пропустить какую-нибудь мелочь – проще простого.
Сириус изводил Генни такими примерами возможных глупых смертей чуть ли не с раннего детства. И не только словесно: то же количество безвредных ужиков, «смертельно» укусивших ее на тренировках, не поддавалось подсчету.
Поэтому вместо того, чтобы просто снести ничтожеств с ходу, Генни все же попыталась составить план. И если он провалится… ну, она и так справится, зато Сириусу не будет повода на нее ворчать. Она же пыталась, верно?
Если враг обладал хоть крупицей разума, то родственничек должен был находится в глубине этой некогда бывшей складом развалюхи. На первом этаже или в подвале, чтоб через крышу не зайти. Вон у тех стен, где, по милой средневековой традиции на строение буквально наваливаются соседи. Так что зайти через стену можно только через вышеупомянутых соседей, и что-то подсказывало Генни, что это плохая идея – там не будет ловушки, вроде пары этажей, внезапно падающих на голову, только если это дом кого-то, с кем Пожирательская мелочь не захотела связываться.
Так что просто делаем неприметную такую трубу там, где будет поудобней да покороче прорываться. Ну как делаем, трансфигурируем. Продержится, конечно, минуты три, не больше – ну да для выхода и Бомбарда есть.
- Небула Веламен, - произнесла она, направляя извергающую туман палочку в свое творение. Главное, рядом не стоять, а то вдруг кого из этих ничтожеств хватит на бомбарду…
Не хватило. Или просто никто из этих недоумков не сообразил, что происходит в тот десяток секунд, пока их логово затягивала непроглядная пелена.
«Ну а теперь можно повеселиться!»
Улыбка на ее лице стала зловещей и веселой.
- Бомбарда!
Минус стена.
- Гоменум Ревелио! Конфундус! Конфундус! Конфундус!
Пустила она заклятья в провал.
«Не в меня заклинайте, идиоты! В друг друга надо… Да, вот так, молодцы!»
Без четкой видимости дружеский огонь возможен и без Конфундуса… Так что для полного эффекта нужен только маленький толчок, не затрачивающий почти никаких магических сил. Идеальная тактика, чтобы истреблять мелких сошек, что даже туман развеять не способны.
«Всего два слова, блин. Небула Эванеско! Они даже не неудачники: неудачник, которого я спасаю, на это способен. Это же полные ничтожества!».
Так что, если кого-то дружеским огнем зашибет насмерть, ничего плохого. Это просто услуга человечеству и матушке эволюции.
Вокруг валялись бессознательные тела Пожирателей Смерти. Народ стонал, выл и мучался от боли, а она просто перешагивала через эти тела и двигалась дальше.