– Ты почему в постели? – первым делом спросил Эригор, переступив порог спальни.
– Да так, приболел, – отмахнулся Дан. – Ничего серьёзного, к вечеру на ногах уже буду. Ну, узнал что-то? – нетерпеливо поинтересовался он и подался вперёд.
– Узнал. – Виконт помрачнел. Оглядевшись, подвинул к кровати кресло и уселся. – Убили парнишку того. Ночью.
Кинаро присвистнул и откинулся на подушки, заложив руки за голову.
– А знаешь, я не сильно-то удивлён, – протянул он. – Слишком уж наигранная вся сцена была. Ясно, что наниматель просто обязан был позаботиться о свидетелях. Вопрос, кому это надо и зачем. – Дан замолчал, созерцая потолок.
– Альдо? – неуверенно предложил Эригор. – Он единственный новенький в нашей компании. Ну, относительно новенький. Может, в доверие втереться хотел?
– Не, слишком уж явно. – Дан покачал головой. – Да и я не такой дурак, чтобы с ходу проникнуться доверием к тому, кто вроде как заступился за меня. Если этот герцог раньше тоже ошивался при дворе, а это так, по словам Хила, он должен соображать, что подобный ход неудачный. И потом, зачем ему набиваться мне в приятели? Я всего лишь любовник Эрмеары, – Кинаро хмыкнул, – через меня не получить ни титулы, ни влияние, ни чего другое вкусное.
– Кто тогда? – Виконт нахмурился.
– Неправильный вопрос, – рассеянно отозвался Дан. – Зачем, вот что важнее. Пойму мотив, пойму, кому это надо.
– Не мне, – тихо отозвался Эригор, и Кинаро знал, что он не врёт. За два года фаворит убедился, что тот не способен на подлость.
– Знаю, – так же тихо ответил Дан.
Они помолчали.
– Ладно, поправляйся. – Виконт встал. – Вечером увидимся, на приёме.
– Угу. – Раненый прикрыл глаза. – Увидимся…
Оставшись один, Данри принял трудное, но нужное решение: обратиться к Джоргару и попросить досье на тех, кому до сих пор если и не доверял слишком сильно, то хотя бы считал чуть больше, чем просто приятелями. Потому что кому-то из них понадобилось устроить нелепую сцену в таверне, а потом убить паренька, оказавшегося ненужным свидетелем. Кому-то, у кого вдруг возникла срочная необходимость доказать фавориту своё расположение. Ответы, зачем, могли скрываться в прошлом одного из его близких знакомых.
Кинаро длинно вздохнул и выпрямился, посмотрев на часы: пришло время снова принимать лекарство. А до вечера так далеко, и неизвестно, когда Эрмеара вернётся. Дан уже был согласен на её общество, только бы избавиться от скуки, он вообще не любил болеть.
Тиарна задумчиво разглядывала гардероб, выбирая, что надеть к вечернему приёму. На городскую прогулку она не поехала, просто-напросто проспав. Да и её величество Эрмеара не настолько щепетильна в соблюдении дворцового протокола, чтобы пересчитывать фрейлин по головам. И вообще, перед балом надо выспаться как следует, чтобы веселиться как можно дольше. Мурлыча под нос незамысловатую мелодию, Тиарна углубилась в гардеробную и почти час перебирала наряды, пока, наконец, не остановилась на платье из нежного лилового шёлка с вышивкой серебром. Отлично подойдёт, тем более леди ещё не надевала его.
Фрейлина с улыбкой вернулась в спальню и вышла в гостиную, собираясь пообедать. И застыла. На мозаичном столике лежал сложенный лист, к уголку которого была прикреплена тонкая красная лента. Вдоль спины девушки пробежала ледяная дрожь: только один человек оставлял такой оригинальный знак вместо подписи. А она, наивная, надеялась, что больше никогда не увидит от него посланий! Да и его самого тоже… Ведь прошло столько времени. Сглотнув, фрейлина осторожно приблизилась к столику, будто на нём лежала не безобидная записка, а ядовитая змея, и протянула к посланию дрожащие пальцы. Она не сомневалась, там содержатся указания, выполнить которые следовало со всем тщанием. Иначе неминуемо наказание, избежать которого Тиарне не удастся.
Как фрейлина и предполагала, автор записки в нескольких строчках высказал настоятельную просьбу выполнить его желание на предстоящем балу. Тиарна беззвучно охнула и опустилась на пол, выронив бумагу. Это будет очень, очень сложно. О том, что у неё может и не получиться, девушка старалась не думать. Она просто обязана приложить все усилия.
После обеда, когда вернулась Эрмеара, время пошло быстрее, да и самочувствие медленно, но верно улучшалось. Королева почитала Дану, потом они поиграли в карты, перекусили. Снова приходил Эйнерд и порадовал, что можно потихоньку вставать, только без резких движений, и вечером Кинаро в состоянии будет посетить приём. Хотя танцевать не рекомендовал. Королева при этом сморщила носик, фаворит заметил и, когда придворный маг ушёл, строго напомнил, что у неё будет другой партнёр на этом балу.