– Я честно попыталась, – пробормотала Тиарна, разом растеряв жалкие остатки самообладания. Она опустила голову и нервно затеребила оборку на юбке. – Милорд, пожалуйста! Я… я пригласила его, но он отказал, я даже в спальню к нему пробралась!.. – её голос чуть не сорвался на позорный всхлип, и фрейлина до боли прикусила щёку. – Он меня выставил за дверь и обозвал шлюхой… – почти шёпотом добавила она, едва не зажмурившись по-детски.
– Куколка моя, тебе ли обижаться на правду, – пожурил мужчина и покачал головой. – Понастойчивее надо быть, Тири, ты же знаешь, я обычно не требую невыполнимого. Ты могла сегодня остаться в постели принца и осталась бы, приложи чуть больше усилий. Я ошибок не прощаю, – он разговаривал с ней, словно с непослушным ребёнком, который не убрал за собой игрушки.
Тиарна похолодела. Хозяин спальни был очень зол, а это значило, что ночь предстоит длинная и трудная…
– Милорд… – пролепетала испуганная фрейлина и с трудом удержалась, чтобы не упасть на колени.
– Но я сегодня добрый, – продолжил он, не обратив внимания на её попытку что-то сказать. Замораживающий взгляд словно оставлял на коже иней, путешествуя по её телу, и Тиарна чувствовала себя под ним голой. Захотелось прикрыться, но мышцы охватила противная слабость, гостья еле держалась на ногах, готовая рухнуть на пол в любой момент. – Что выбираешь, куколка, остаться сегодня со мной или честно признаться родителям про квартал развлечений, куда любишь ходить с подружками? Им будет интересно узнать про вечеринки с мальчиками… и девочками, – голос ядом проникал в каждую клеточку, выжигал последние крохи храбрости, за которые Тиарна отчаянно цеплялась. Сорваться на позорные мольбы очень не хотелось, по крайней мере, не сразу, не сейчас.
Всё равно она будет плакать и просить, унижаться перед ним, но позже. Когда терпеть больше не останется сил и гордости. Ведь ему это так нравилось, он буквально упивался своей властью и её покорностью.
– Я останусь, – едва слышно отозвалась Тиарна, опустив голову. Плечи фрейлины поникли, а в голосе послышалась тоскливая обречённость.
– Тогда раздевайся. – Неуловимое движение – и в руках мужчины появилась длинная шёлковая лента. – Не бойся, синяков не будет видно. Я же не хочу, чтобы тебе пришлось отвечать на неудобные вопросы, – голос переливался бархатными, мягкими интонациями, многие женщины от него теряли голову, но только не Тиарна.
Леди Ильфиррин трясущимися пальцами потянулась к шнуровке на спине, дёрнула узел и чуть не запуталась. Несколько слезинок всё же сорвались с ресниц, оставив на щеках мокрые дорожки. От страха у неё онемели ноги почти до колен.
– Куколка, ты же знаешь, как я не люблю слёз. – Хозяин спальни длинно вздохнул. – По крайней мере, сначала. Ты будешь плакать только тогда, когда я захочу.
Тиарна тихонько шмыгнула носом и с некоторым усилием прогнала слёзы. Да, плакать она будет позже… Фрейлина наконец справилась с завязками и повела плечами, ослабляя шнуровку. На мужчину она по-прежнему старалась не смотреть.
– Чулочки оставь, – голос приобрёл вибрирующие интонации, улыбка превратилась в порочную усмешку. – Ты в них такая соблазнительная.
– Д-да, милорд, – покорно пробормотала Тиарна.
– И, милая. – Одним плавным, текучим движением её хозяин – да, да, именно хозяин, во всех смыслах, – встал с кровати и жёстко ухватил гостью за подбородок, заставив смотреть в глаза. – Я не хочу сегодня видеть твоих слёз. – Он наклонился и медленно слизнул солёную влагу. – Постарайся не плакать. – Ладонь, необычно мягкая для мужской, приласкала нежный изгиб шеи и спустилась на плечо. – Я не хочу, чтобы утром твои глазки покраснели и опухли.
Тиарна сглотнула. Это будет очень, очень трудная ночь.
– Хорошо, милорд, – непослушными губами произнесла она.
– Умница моя, – мужчина прижался к её рту в нежном, ласкающем поцелуе и одновременно резко дёрнул платье вниз.
Не дожидаясь приказа, она поспешно высвободила руки из рукавов. Да и поцелуй всё продолжался, язык уверенно скользил по губам Тиарны, игриво прикасался к её языку, искусно отвлекал от действий хозяина спальни. Дыхание участилось, и страх отошёл на второй план, заслонённый проснувшейся страстью. Широкие ладони огладили плечи, прошлись по рукам, осторожно спустив лямки нижней рубашки. Тонкая ткань скользнула вниз, к талии, невидимый язычок прохладного сквознячка приласкал грудь, и соски тут же собрались в шарики. Мужчина никогда не рвал на ней одежду и не оставлял отметин на открытых частях тела. О, он отлично умел заметать следы. Поцелуй наконец закончился, и ладони поднялись обратно к плечам Тиарны.