— Как всё прошло?
Она подняла взгляд на Харо. Преданный, беззаветно влюблённый — тот, кто готов отдать жизнь за неё, не требуя ничего взамен. После того вечера Ровена по-настоящему осознала, как ей с ним повезло. Поначалу она сердилась на него, но потом поняла: он мог воспользоваться её состоянием, а вместо этого показал, что заслуживает полного доверия.
— Прошу, выслушай меня и постарайся понять, — Ровена всё ещё сомневалась, стоит ли говорить ему сейчас о предстоящем замужестве, но рано или поздно правда всё равно раскроется, и лучше, если он узнает об этом из её уст. — Король нашёл нас и потребовал у Легиона выдать всех немедля. Магистры предоставили мне выбор: если я выйду замуж за Брутуса, они защитят меня… Защитят нас. А ещё помогут мне стать королевой.
Повисло тягостное молчание. Харо долго смотрел на неё, переваривая услышанное, затем медленно стянул маску к подбородку:
— И что ты ответила?
— Пока ничего. Мне дали на раздумья всего один день.
— Хорошо. Этого достаточно. Будь готова к полуночи, мы уходим.
— Уходим? Но куда, Харо, куда?! Куда мы уйдём, скажи мне на милость!
— Куда угодно, — он мягко сжал её плечи. — Мы обязательно что-то придумаем. Я найду для нас убежище. Только ты и я…
— Как же ты не понимаешь! В этом мире мы не будем в безопасности. В этом мире, какой он сейчас, нам никогда не быть вместе! Но в новом, который я собираюсь построить, мы можем быть настоящей парой, не боясь гонений.
— Всё это просто мечты, Ровена, — Харо покачал головой. — Нет никакой уверенности, что у нас получится хоть что-то изменить. Зато мы можем быть вместе прямо сейчас. Я могу найти для нас дом, я буду оберегать тебя, защищать тебя до самой своей смерти.
— Забудь об этом! — ей не хотелось спорить с ним, но всё то напряжение, в котором Ровена пребывала в последний час, бесконтрольно вырвалось наружу. — Я не готова до конца своих дней ютиться в какой-нибудь лачуге на краю света. Эта жизнь не для меня, Харо! Неважно, пусть всё это пустые мечты, но я не отступлюсь от них!
— И это значит..? — он отпустил её плечи, и в этом движении было столько разочарования, что Ровене вдруг стало жаль его.
— Пойми, пожалуйста, мне придётся пойти на их условия, — его лицо оставалось совершенно неподвижным, не дрогнул ни один мускул, но взгляд… От него по коже вдруг побежали мурашки. — У меня нет выбора, Харо! Это единственная возможность.
— Не делай этого, — он коснулся ладонью её щеки, и Ровена ощутила, как дрожит его рука. — Дай мне шанс! Клянусь, я раздобуду для тебя эту треклятую корону!
— И как же ты её раздобудешь? — она горько усмехнулась: какой же он всё-таки наивный! — Украдёшь? Убьёшь дядю? Пойми, не так это работает.
— Я не знаю, как, но я это сделаю. Ты станешь королевой, обещаю! Просто давай уйдём отсюда.
— Куда уйдём? В Пустоши? Или в Безмолвные леса? А может, вернёмся в Перо?
— Не знаю… Неважно! Просто дай мне время.
— Нет у меня времени, Харо! — его непонятливость начинала раздражать. — Как и нет ни гроша за душой. Будем вдвоём грабить караваны? Хорошее начало, нечего сказать! Послушай, ты дорог мне, правда дорог, но ты простой воин, а не политик. Ты даже не лидер, как Севир, ты всего лишь рядовой скорпион. Смирись с этим! Без поддержки знатных мы оба и медяка ломанного не стоим.
— Поэтому ты готова лечь под этого ублюдка? Ради медяка стать подстилкой Легиону?
Ровена отвесила ему звонкую пощёчину, да так сильно, что ладонь словно окатило кипятком:
— Знай своё место, Сорок Восьмой!
Воцарилась невыносимая тишина. Харо внимательно изучал Ровену, и о чём он сейчас думал — одним богам известно.
— Тебе лучше уйти, — устало произнесла она, с трудом выдерживая его взгляд. — И не возвращайся, пока не остынешь.
Небрежно поклонившись, он скрылся за поворотом, так ни разу и не оглянувшись. Ровена смотрела ему вслед, надеясь, что он передумает и вернётся. Она даже готовилась извиниться за резкие слова и за вполне заслуженную пощёчину, лишь бы сейчас не оставаться одной. Но прошла минута, затем вторая, потом ещё несколько, а Харо всё не возвращался. Последняя надежда ушла, когда из-за угла вынырнула низкорослая фигура Морока. Горло внезапно стиснула невидимая рука, на глаза навернулись слёзы и, подавив всхлип, Ровена толкнула дверь спальни.
Шёл пятый час напряжённого ожидания. От трудного подъёма нога нещадно ныла, но лучшего места для засады не найти: с идеально ровной площадки луг просматривался как на ладони. К тому же выступ скалы заканчивался здоровым каменным шипом, за которым можно легко укрыться, когда прилетит тварь. А она прилетит, Бернард знал это наверняка.