А еще он являлся нам родственником. Вот да, самое забавное именно в этом. Каким-то там совсем дальним, по линии бабки, то бишь отца, и то вошедшим через сестринские связи. Одно название, ведь крови общей не было даже капли. Ну да, по закону граф не мог претендовать на наследство нашей семьи. Да только он и сам богат, зачем ему еще? Или как коршун, кидается на все, что возможно отхватить?
– Предлагал помощь. – батюшка ответил на вопрос, вернув меня в действительность.
– Собираешься ее принять? – внутренности заледенели.
– Боюсь, милая, на данный момент у меня нет других вариантов.
Очень хотелось возмутиться, да только нечего предложить взамен. А скоро и вовсе в спальню вошел господин Эмван, попросту выгнав меня и велев позавтракать, так как о теле забывать не стоит, а сам занялся пациентом.
И пусть аппетита совершенно не было, доктор прав. Ела в гордом одиночестве, а перед взором так и вставали те ледяные глаза, от которых вдоль позвоночника бегали мурашки. Неужели мы действительно теперь будем зависеть от него?
А уже позже, когда я переместилась в библиотеку, ко мне бросилась Элара, размазывая по щекам слезы и, кажется, пребывая в истерике.
Да, сегодня она осталась дома. Пропуски в колледже не приветствовались, за исключением экстренных обстоятельств, которое у нас как раз и произошло. Утром слуги должны были передать записку куратору. Кстати, ведь информация могла разойтись и оттуда.
– Нет, ты слышала? – сестра перешла на повышенные ноты. – Отец собирается назначить нашим опекуном графа Каэлторна. Да как ему в голову только такое пришло?
– Может, потому как нет других вариантов? – заметила я апатично.
Да и сама об этом думала, но так остро не реагировала. И пусть мне тоже идея не по душе, я осознавала, что это лучше, чем ночевать где-нибудь под мостом. Не представляю, что именно затребовал граф в обмен на «заботу» о нас, но, по крайней мере, обещался выделять ежемесячное пособие. Последнее можно (надеюсь) закрепить нотариальным договором, и у того не будет шанса отказаться от взятого обязательства. Из двух бед, как говорится, выбирают меньшее.
– Ты не понимаешь. Он же…! Он же…! – Элара чуть не задыхалась от возмущения, – С ним никто не желает иметь дел. Да ты хоть в курсе, что о нем говорят? Он маг смерти.
– Где откопала эту чушь? Таких магов не существует. Просто одевается в темное и единственное, о чем это свидетельствует – о вкусе.
– Тебе нужны доказательства? Как раз поэтому он всегда в перчатках ходит, так как разрушает все, к чему прикасается.
– На самом деле, люди говорят о его исключительной брезгливости.
– Попытка скрыть истину. Он никогда никого не приглашает к себе в дом, ведь очевидно, чтобы не было свидетелей. Наверняка там целые комнаты, посвященные ритуалам, а в саду выжжена вся трава. Да от него даже невеста сбежала. И куда? В другую страну, чтобы как можно дальше быть. Потому что она увидела правду и теперь боится за свою жизнь.
– Не мели чепухи. – огрызнулась, хотя в груди завозился червячок сомнений.
Да, я что-то слышала о той истории. И ведь девушка не с другим мужчиной сбежала, а попросту оставила графа и уехала. И не без причины же он наблюдал за тем, как я «распускала» розы. Тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Еще не хватало от сестры истерией заразиться.
– Это правда, все знают. – воодушевленно продолжала та, – Да связаться с ним, значит, испортить репутацию. На него же всегда пальцем показывают. Благородные дамы прячут дочерей. – любопытно, откуда у сей любительницы светских сплетен сия информация, учитывая, что и она с графом ранее не встречалась, а в колледже для сбора таковой сегодня не появилась, – К нам же уже никто никогда не подойдет, можно будет забыть об удачном замужестве. Останемся старыми девами с тридцатью кошками. Ты этого хочешь?
– Предпочитаю кошек подворотне. Или второй вариант больше прельщает? А может, к брату отца желаешь, что нас ненавидит?
– Что? Да как только можешь такое предполагать? Конечно, нет! Но и такого опекуна не желаю. Ты обязана что-то придумать.
– Любопытно, не желаешь ты, а придумывать мне?
– Конечно, ты старшая и несешь за нас ответственность.