Затем высказался отец Лириан, Элдрик Олтас. Говорил он много и долго, но я слышала словно сквозь вату, не в состоянии зацепить смысл слов. Хотя чего там понимать, и так ясно, наверняка желал детям счастья. Скоро речь закончилась, и оба, поблагодарив присутствующих, подняли бокалы и под ободрительный гул гостей пригубили напиток.
Я же так и смотрела на единственного человека, пытаясь найти того, в кого однажды влюбилась, и осознавала, какой же все это время была дурой. Да, непозволительное слово для истинной леди, но чего уж теперь, коли последней более не являлась.
Вот, весьма довольный взгляд Калена заскользил по залу. Мужчина кому-то приветственно кивал, другим – улыбался, и тут он наткнулся на меня.
Застыла не в состоянии не то чтобы двинуться, даже вздохнуть. По лицу графа проскользнула странная эмоция, идентифицировать которую попросту не могла. Вот его прекрасная улыбка исчезла, а сам мужчина нахмурился, с силой сжав челюсти, и прикрыл на секунду веки. Наконец, стало ясно: все происходящее – чистая правда. Я ему не нужна и никогда не была нужна.
В глазах зарябило, грозя элементарной потерей сознания. Послышался тихий всхлип, кажется, мой, на который повернулось сразу несколько человек. Не представляю, кто, ведь не сводила взгляда с жениха, теперь уже точно бывшего, боясь пропустить хоть мельчайшую реакцию.
Вдруг фужер, что сжимали пальцы Калена, лопнул, вызвав настоящую суматоху. К паре кинулись люди, стремясь… да понятия не имею, что. И плевать. Все, что хотела, узнала. Да, не поговорила, но я определенно переоценила собственные силы, ведь находилась в таком состоянии, что не могла вести рассудительные беседы.
Зато случившееся помогло прийти в норму. Я, наконец, набрала полные легкие воздуха, только теперь осознав, что и не дышала толком. Развернулась и скользнула в коридор, неспособная далее смотреть на счастье того, кого еще недавно считала будущим мужем. Хотелось как можно скорее выбраться наружу, дабы никого не видеть, не слышать.
Как же так? Почему сразу этого не поняла, не заметила? Но он ведь действительно ко мне хорошо относился. Очень хорошо.
Дороги толком не различала. Взор заволокла белесая пелена, грудь стягивало, а в ушах звенело, наверное, поэтому не услышала приближающихся шагов.
– Нали, милая, постой. – со спины обхватили крепкие руки. Дернулась с перепугу и почувствовала, как хватка усилилась, не позволяя шелохнуться. – Ш-ш-ш, успокойся, это я.
– Уберите руки, граф! – рявкнула, но голос выдался чересчур тихим, хриплым. Вновь попыталась высвободиться, да не тут-то было. Как ни крути, но Кален гораздо сильнее.
Он говорил что-то еще, шептал на ухо, желая меня успокоить. Будто ничего страшного не произошло, все осталось, как прежде, и именно это больше всего разозлило.
– Что Вы себе позволяете? – повысила голос, пытаясь вырваться, понимая, что Кален не захочет скандала, то есть, оказаться застуканным с другой в столь двусмысленном положении. – Ведите себя пристойно, лорд Нуарон.
– Не тебе судить мое поведение. – зашипел, а потом подхватил за талию и впихнул в ближайшую дверь, заперев ее изнутри. Оказалась малая столовая.
– Что все это значит? – воспользовалась заминкой Калена и отбежала, встав по другую сторону стола, тяжело дыша и с трудом справляясь с нарастающей, в придачу ко всем предыдущим эмоциям, паникой.
– Что именно?
Бывший жених шагнул ближе, обходя стол, а я попятилась.
– Все, граф. От начала и до конца. И в первую очередь, зачем мы здесь?
– Мы? Это ты зачем здесь? – рявкнул тот, – Тебя не должно здесь быть.
– Почему? – нервно рассмеялась. – Учитывая, что в доме проходит помолвка мужчины, который прошел в храме ритуал со мной?
– У тебя ко мне еще какие-то претензии? После того как изменила? Серьезно?
– Сам хоть в это веришь? – устала всплеснула руками и уселась на один из стульев. Силы резко покинули меня. – Я с самого начала являлась целью, да? Никогда меня не любил. За что так со мной? Что я тебе сделала? Ведь все была готова отдать. Да почему же только готова, отдала.