— Может, и прольет, — отвечала Ирма и наклонилась над корытом, давая понять соседу, что ему пора идти. Она еще не забыла сцену, которую ей закатила Илуша прошлой зимой.
Сосед Апро выпил тогда больше, чем ему полагалось. Из города, где он работает в какой-то строительной организации, он приехал уже затемно. Шел обычным путем мимо Ирминого дома. Только, видно, нечистый его попутал, и оказался он у нее во дворе, где-то около сарая, и там гремел железным хламом. Пес узнал соседа, не залаял. Ирма услышала, что кто-то ходит по двору, но побоялась выйти. Только позднее, когда пес заскулил под дверью, она зажгла электричество во дворе и с опаской вышла на крыльцо.
Сосед лежал поодаль на голой земле и спал. Кое-как она затащила его в кухню, и Апро тут же опять уснул, так и не поняв, где он, собственно, находится.
Ирме не пришло в голову ничего более разумного, как сбегать к Илуше и попросить ее забрать своего мужа. По дороге она объяснила ей обстоятельства, при которых Апро очутился у нее в кухне, но ревнивая женщина предпочла иную, более пикантную версию этого дела. У Ирмы до сих пор звенит в ушах ругань и угрозы Илуши:
— Если тебе гулять приспичило, найди парня себе под стать. А это отец семейства, шлёндра ты эдакая. Или отправляйся в бордель, там тебе досыта дадут! Чтоб тебя кондрашка хватил…
Ирма остолбенела от этих обвинений, даже не стала оправдываться. Илуша с той поры смотрит на нее волком и чернит где только может, выдумывает разные истории. И сыну, четырнадцатилетнему Мишко, запретила ходить к Ирме. Раньше он кое-как справлялся с ее поручениями, приносил ей из лавки что нужно, теперь же Ирме приходится время от времени самой ездить за покупками в город. В Ветерном нет магазина, а к колонистам ходить она не хочет…
Но Апро не отреагировал на сдержанность Ирмы. Он зажег сигарету, затянулся раз-другой и сказал:
— А я в город еду. Десятичасовым. Время еще есть. Еду, да не знаю, может, зря. Мне нужны покрышки для велосипеда, говорили, должны привезти. — Он замолчал, опять затянулся и продолжал: — Вон у соседей, — он кивнул головой в сторону поселка колонистов, — похороны сегодня. Старуха Беркова померла, мать Йожо, — добавил он и проницательно посмотрел на Ирму, потом закашлялся. — Вчера на работе говорили. От сердца.
— Умерла? — шепотом сказала Ирма. — Но ведь она еще нестарая была.
— Нестарая, да, — согласился Апро. — Ну, я пошел, — сказал он и зашагал дальше.
— Постойте, вы говорите, сегодня похороны?
— Сегодня.
— А во сколько?
— Не знаю точно, где-то после обеда, — бросил он на ходу через плечо.
Ирме припомнился тот день десять лет назад, когда она впервые пришла в дом Берков. Хотя она старалась не подавать виду, она страшно волновалась, думая, как ее примет мать Йожо. Предупредительное, ласковое обхождение поразило ее; она представила себе своего отца, его недовольное лицо, когда он узнает, что она была у Йожо, и все в ней перевернулось; и она поклялась отстаивать свою правоту перед отцом.
Надо бы пойти на похороны. Ведь она хорошо знала покойницу и ничего плохого от нее не видела. Наоборот, она испытывает чувство вины за то, что не сбылись надежды матери единственного сына, но можно ли ей ни с того ни с сего войти в тот дом, от которого она так упорно отворачивалась все эти годы? Не восстановила ли она против себя людей из поселка, не истолкуют ли они ее приход превратно?
Она стирала белье и все думала, как ей поступить.
По обычаю этого края прощаться с покойной будут, видимо, у нее дома, во дворе. На кладбище все совершится быстро. Надо пойти да кладбище, там она будет не так заметна, решила Ирма. Кроме родных и близких, которые соберутся в доме умершей, проститься с Паулиной придут и другие люди из окрестных мест. Как повелось исстари, они соберутся неподалеку от кладбищенских ворот под старой грушей, склонившей свои ветви над дорогой, и будут ждать траурную процессию. Они будут стоять, пока процессия не пройдет в ворота, и, когда близкие обступят могилу, тронутся и они, подойдут и станут поодаль среди других могил.
Ирма наскоро достирала, сделала самое необходимое по дому и, взволнованная неожиданной вестью, стала собираться в дорогу.
Она взяла острый нож и пошла в сад. Срезала несколько свежих роз с кустов, выбирая только те, что росли на длинных стеблях.
Вернувшись в кухню, она собрала розы в красивый букет и положила на стол.
Тщательно умылась, причесалась, надела выходное платье. Долго, внимательно разглядывала себя в большом зеркале.