- Но, - начал я, - как же Вы сражаетесь,если в вашем теле источнике нет чакры? Да и видел я внутри Вас чакру, когда вы вошли внутрь барьеров.
- Да, - кивнул дед, - Я просто влил ее в свое тело из печати, а саму печать отключил на время.
- А почему она тогда причислена к киндзюцу? - не понял я. - Ведь можно настроить чтобы чакра просто откачивалась в более меньших количествах, и она не будет такой опасной.
- Именно из-за того, что это печать заставляет пребывать чакросистему на грани, - улыбнулся Осаму, - и происходит этот процесс. И в категорию киндзюцу она попала не из-за этого... - протянул Осаму, - Если носить эту фуин больше трех лет, - серьезным голосом начал старик, - этот процесс становится невозможно остановить. Если я совсем отключу эту фуин, мое тело разорвет от чакры. Просто вся чакросистема сгорит, в момент. Можно ее конечно же испускать из тела, но, это нужно делать постоянно. А ты сможешь не спать, Райто? - улыбнувшись спросил Осаму.
- Нет, - помахал я головой.
- Вот, - наставительно сказал Осаму, - и я не могу. У тебя на спине находится похожая печать поглощения. - бросив взгляд мне за спину старик, - Да, не плохая работа, но, Райто, не доводи ее до предела, как в моей фуин... - вздохнул старик, - Это - сила, не спорю, но, получив ее, ты станешь ее же заложником.
- Я понял, - кивнул я, - А как Вы справляетесь с этим? Ведь Вы постоянно пребываете в состоянии чакроистощения...
- Ну, - начал старик, - Я и не справляюсь... - пожал он плечами. - Как только мой учитель нанес мне ее на тело, я потерял сознание и впал в кому на полгода. А когда моя чакросистема привыкла к этому состоянию, я очнулся. Но, ощущения никуда не ушли. Еще полтора года я учился просто ходить и делать все, что может обычный человек. Затем еще два я учился пользоваться чакрой из печати, чтобы не отличаться от обычных шиноби.
- Можно же было просто отключить фуин. - протянул я.
- Хм... - протянул Осаму, - В этом-то и дело, Райто. Если отключить фуин, то чакросистема вернется в исходное состояние, и станет обычной. Чтобы просто привыкнуть к ее ношению нужно три года. А как я тебе уже говорил, через три года становится невозможно остановить этот процесс. Чакросистема уже перестраивается на постоянный рост.
- Мда... - протянул я. -Это же считай до конца жизни так расти... И за чем это надо?
- Ну, тут уже проще. - улыбнулся старик, - Такие как я, естественное оружие против биджу. - хмыкнул дед, - Когда биджу появились впервые, шиноби практически ничего не могли им противопоставить. Лишь единицы могли их сдерживать, чтобы их близкие успели скрыться с пути биджу. Первая пятерка таких как я была рождена в Узушио. Собственно только в Узушио и были такие пятерки. Почти всех биджу могли запечатать, кроме сильнейших: Восьмихвостого и Девятихвостого. Когда пятерка моего учителя умерла, кроме него, он набрал новых учеников. К тому времени Восьмихвостого уже научились запечатывать. Но, Лис по прежнему ходил по нашим землям. Поэтому, Узукаге и решил создать еще одну пятерку. Я остался единственным из ее состава. Как ты уже знаешь, Лиса уже тоже научились запечатывать, первой стала Мито Узумаки. Теперь, нет нужды в таких как мы. Шиноби, которые положили на кон свои жизни, ради безопасности родных селений.
- Я и не знал, - протянул я.
- Этого никто не знал, кроме жителей Узушио, - кивнул дед, - Это строжайший секрет, который охраняется сильней секретов мастерства искусства фуин.
- Почему Вы мне рассказываете такой секрет сейчас? - не понял я, - Я же еще не прошел проверку.
- Кто тебе сказал? - улыбнулся дед сверкнув белоснежными зубами. - Как только я начал свой рассказ, твоя проверка уже завершилась. Фуин на твоем затылке не тронута. Вон тот человек, - указал старик на шиноби, - проверил тебя на наличие закладок. Ты чист.
- Ничего себе, - ошалело проговорил я, - Он что, родственник Яманака?
- Нет, - шутливо махнул рукой Осаму, - Фуин на твоем затылке, может так же и сообщать мастеру, который знаком с ее строением, о наличии закладок в сознании. Располагайтесь, - кивнул Осаму в сторону особняка, - часа через три, к Вам придут мои люди, они помогут решить твою проблему с глазами. А завтра, мы пойдем проверять твои способности на полигоне. - обещающе кивнул Осаму, сверкнув глазами.
- Понятно, - кивнул Нарайо, - благодарю.
Дальше все пошло по накатанной. Сначала мы отмылись от слизи Шизуки, потом поели и сидели расслаблялись на балкончике, попивая чай и любуясь видами. Как и обещал Осаму, через три часа к нам прибыли его подчиненные. Разместились мы в гостиной. Как оказалось, что они уже были введены в суть дела, мало того, у них уже было решение.
Сначала мне предложили отказаться от обнародования моей способности использования додзюцу. Я отказался, хоть и понимал, к чему это может привести. Смирившись, они предложили следующее. Мне нужно было внедрить в свою чакросистему часть чакры Учиха, мало того, мне ее необходимо было там удерживать около трех часов. Целенаправленно смешивая со своей. Невозможно скажете вы... Чакра, как и живая плоть шиноби, несет в себе часть генной памяти. Но, реалии данного мира позволяли выполнять подобные операции, по неестественному, даже 'насильственному' смешению генов. Живой пример Мадара, с генами Хаширамы, Данзо, с его же генами, и таких случаев великое множество. О чем мне и сообщили. Мадара тут конечно вообще отличился... Вырастил из чакры Хаширамы его клетки. Чудовище. Это еще в каноне говорилось. Да и призывные животные, как мы знаем, тоже меняют состав чакры шиноби точно таким же способом, усиливая контроль в их стихиях. Так вот. После этих трех часов, мое тело начнет перестройку, но, лишь частичную. Чакросистема приобретет оттенки чакры Учиха, и анализ крови будет показывать очень дальнее родство с этим кланом. Таким образом, моя способность управления додзюцу, будет выглядеть как унаследованная способность. Что позволит мне сохранить голову на плечах. Мол, ну пробудил я шаринган через какое-то там колено... Вот анализы, вот чакра, все сходится. Все необходимые документы, которые подтвердят, что в моей родословной затесался шиноби этого великого клана уже подготавливаются, так как предполагали, что я не откажусь от своей затеи.
Все было просто, на словах, но на деле, мне предстояла самая натуральная экзекуция. Образец чакры Учиха у Узумаки был. Оставалось только подождать, когда приготовят помещение и необходимых специалистов. Мне сообщили, что подготовка займет три дня, до тех пор, я свободен.
На следующий день, мы с Нарайо отправились на полигон. С самого утра он ходил весь как на иголках, а когда за нами зашли шиноби Узушио, он вообще начал тихо рычать. Представьте себе этого гиганта, который ходит и рычит как медведь. Смотреть на него было весело. Но, я не понимал, в чем суть дела. Сам он ничего не говорил. Потом, когда я в третий раз, пока мы шли на полигон, не получил ответа от Нарайо, мне ответил один из шиноби, которые нас сопровождали. Оказалось, что меня ведут на экзамен. Вот так. Ни с того ни с сего и на тебе - экзамен. А с чего вдруг? Ну как же... В последнем отчете Нарайо так расписал мои способности Узукаге, мол, сын своего отца, талантище, племяшка родной подрос, ну и кучу всего. А теперь, Узукаге хочет посмотреть лично, не закончилась ли родословная столь сильных мечников на Нарайо... Вот он и дергался... Ведь тут складываются везде семейные отношения, мол, дитятко наше выросло, а чего умеет не знаем... У них тут проходят специальные выступления в четырнадцать лет, что-то вроде Чунин Шикен, только размах более праздничный что ли, и без смертоубийств. А потом и я начал дергаться. Приехали блин.
Полигон из себя представлял огромную чашу, на краях которой были места для зрителей. Их, к слову, было дохера. Ложе каге стояло отдельно, и он уже занимал положенное ему место вместе со своей большой семьей. В центре чаши стояли в ряд несколько шиноби, к ним мы и направлялись. Когда мы до них дошли, вперед вышел Осаму, поприветствовав нас, он начал все объяснять.