Я отступила на несколько шагов назад. Выстрел, ещё выстрел – я даже умудрилась попасть в движущегося зигзагом нага, но он будто не замечал ранений. Я сплела атакующее заклятие – со стены сорвалось огромное зеркало и разбилось на сотню осколков. Парализующее проклятие – мимо, маленький, но острый и смертоносный кинжал – снова увернулся. Наг плясал на своем хвосте, избегая все мои атаки и неумолимо приближаясь. Я прицелилась в хвост и снова выстрелила, на этот раз мой враг чуть споткнулся, но последним рваным движением кинулся на меня, роняя на пол.
- Ты должна сдохнуть! – возбуждённо шипел наг. – Ты сдохнешь, и она сможет воскреснуть!
Наг двигался и разговаривал, словно безумный, он даже смотрел сквозь меня, как будто видел перед собой что-то другое. Ну, или кого-то. Я оставила на его теле множество ран, и кровь обагряла обнаженный торс, пугающими струйками стекала по мышцам и хвосту, однако наг не замечал их, даже причинял себе ещё больше повреждений неудачными рваными движениями. У меня складывалось ощущение, что им кто-то управлял, да и ползал наг гораздо быстрее, чем положено существу его расы.
Мне стоило вырваться из его захвата, тем более, что мой враг уже приготовился отравить меня парализующим ядом. Однако я застыла, лихорадочно раздумывая: он что-то сказал о воскрешении. Контракт с демоном? Только эти существа могли бы воскресить умершего человека, но они давно уже не занимаются подобными делами, предпочитая сотрудничать с Советом.
Ядовитое жало прошло в миллиметре от моей щеки. Я пришла в себя и рванула влево, уворачиваясь от следующего броска.
- Ты ничего не добьешься, убив меня! – крикнула я, выбрасывая руку с зажатым в ней ножом. Клинок вошёл нагу под ключицу, но тот не двинул ни единым мускулом, словно вообще не чувствовал никакой боли. Удар хвоста проломил пол совсем рядом с моей ногой, длинная острая щепа ощутимо царапнула защитную кожу костюма.
Я вытянула правую руку в сторону, призывая зачарованный меч. Любимое оружие поприветствовало меня огненными всполохами, и я снова бросилась в бой. Тени позволяли мне скользить очень быстро, едва ли не на максимуме способностей вампира, однако наг не отставал от меня, и его змеиные движения оставались все такими же неуловимыми для моего взгляда.
Мощный удар хвоста сбил меня с ног. Я беспомощно взмахнула руками, меч с жалобным звоном упал на пол в ореоле ярких искр. Мощные кольца змеиного хвоста безжалостно сжимали мое тело, заставляя задыхаться в смертельных объятиях. Я не могла сопротивляться, мои кости угрожающе хрустели, в глазах все медленно плыло. Я понимала, что так очень скоро умру, но сил не было даже на то, чтобы просто пошевелиться, какое тут может быть сопротивление!
- Ты зря брыкалась! – с явственным безумием в глазах расхохотался наг. Его темные глаза сверкали яростью и торжеством, он запрокинул голову и громко возвестил, словно обращался к самому небу. – Все равно сейчас сдохнешь!
Хвост с ядовитым жалом на конце приблизился к моей шее и почти ласково вычертил какой-то причудливый рисунок на яростно бьющейся жилке. Мне очень хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть собственную смерть в глазах безумца, однако мое внимание привлек какой-то амулет из золота, свисающий с шеи нага. Форма амулета напоминала жука-скарабея, и в моей голове мелькнула какая-то мысль, почти воспоминание об этом амулете. Я слышала о нем что-то важное, но вот что…
Прохладное, чуть влажное от яда жало вновь коснулось моей шеи. Я вздрогнула, к горлу подступили слезы обиды: я прошла такой длинный путь, а в итоге попалась так глупо… Почему я должна была умереть в этом месте на старом деревянном полу от яда обезумевшего нага? Жало убралось, мою шею почти нежно обхватил змеиный хвост и принялся душить. Я забилась из последних сил, пытаясь вырваться из смертельного захвата. Нет! Только не так! Я смирилась со смертью от яда, но быть удушенной… Только не это! Кто-нибудь! Пожалуйста, помогите!
- Помо… - я не договорила, сознание медленно покидало меня, язык отказывался двигаться во рту. Перед глазами плясали разноцветные круги, а в голове медленно нарастал гул, предвещающий мою смерть.
«Папа, братик, - в отчаянии думала я, и последняя мысль гулко разносилась в опустевшем сознании, - простите, что все так получилось. Мамочка, скоро я приду к тебе…».