Выбрать главу

Нейтан нахмурился, по-новому смотря на своего друга. Все время, что он знал его, Люк всегда был кем-то, кто как и сам Нейтан, пытался насколько возможно не выделяться. Да, Люк был своенравен и упрям, обладая всем тем, в чем его постоянно обвинял Император, но по существу он решительно старался держаться нейтральным и отстраненным, оставаясь в стороне.

Только однажды, казалось, Халлин видел проблеск того, к чему был способен Люк - когда тот с полной отдачей боролся за свободу своего друга, коррелианца, вытаскивая того из дворца. Тогда вся эта неприступная воля была полностью направлена к своей цели, полностью сосредоточена только на своей задаче, непреклонная, решительная, неукротимая… и потрясающе эффективная. Таким был реальный Люк Скайуокер? Поэтому его считали настолько опасным, когда он присоединился к мятежникам? Был ли настоящий Люк Скайуокер этим человеком - человеком, который, как только получал миссию, цель, убеждение, неуклонно и твердо шел к этому, невзирая на все остальное, включая собственную безопасность?

Сейчас Люк смотрел на Нейтана, без всяких терзаний и опасений в глазах.

- Все, что я делал до сих пор было или отказом воспринимать реальност, или защитой, Нейтан. Я сделал фундаментальную ошибку, позволяя событиям настигнуть меня, полагая, что смогу отступить в беспристрастную, нейтральную позицию, и все это только сделало меня легкой целью. Единственный способ исправить случившееся - работать на упреждение, а не на устранение последствий, начать снова двигаться. Взять управление и контроль над событиями в свои руки и пойти вперед.

Нейтан по-прежнему смотрел в глаза Люка, пытаясь понять, что именно произошло в результате ранения: либо оно обострило его и без того резкий характер, либо же оно сокрушило его. Пришел ли Люк просто к осмыслению своей истинной уязвимости здесь, очнувшись наконец от нереальных представлений или произошедшие события только открыли его естественную натуру. Возможно, Нейтан всегда видел перед собой волка Палпатина, не сознавая этого?

Халлин безмолвствовал, внезапное понимание слов Люка ударило его под дых...

Взять управление и контроль над событиями в свои руки и пойти вперед.

Потому что для Наследника Империи существовало только одно положение, к которому он мог идти, только одна нуждающаяся в достижении цель.

- Ты идешь к трону, верно? - произнес Нейтан невероятное - и Люк даже не моргнул.

Глава 8 (часть1)

- И где он сегодня? - Мара заглянула внутрь главного офиса штата, находящегося в самом начале апартаментов Люка, в голосе явно слышались резкие ноты. Несмотря на то, что на входе стояла, вытянувшись в струнку, охрана, а Клем, назначенный личным телохранителем Люка во дворце, дежурил в главном куполе, самого хозяина жилья нигде видно не было. Мара медленно и безрезультатно обошла все помещенья. Почему он всегда делал это в её смену?

Риис поднял взгляд от голоэкрана и повернул к ней голову:

- Я как раз пытаюсь выяснить это, коммандер, - решительно ответил он, возвращаясь к своему поиску. - Несколько минут назад он был здесь.

- Я могу поклясться, что он делает это нарочно, - Мара спокойно вошла внутрь, пока не испытывая настоящего беспокойства. Люк пропадал уже третье утро подряд, но, как правило, довольно быстро находился, не совершив ничего из ряда вон выходящего. Фактически она встала сегодня пораньше, чтобы попытаться поймать его.

- Да-а, - рассеянно протянул Риис. – Он знает, что мне приходится заполнять отчетный лист после каждой его прогулки, и, думаю, его это только вдохновляет.

- Тренировочные залы проверили? - спросила Мара, хотя знала, что Риис сделал бы это в первую очередь; обычно именно там Люк и находился.

- Как раз заканчиваю с ними, - ответил Риис, по-прежнему уставившись в полупрозрачный дисплей, на котором таки показалось искаженное через небольшую потолочную камеру изображение Люка . - Вот он. Вы пойдете или я?

- Я, - откликнулась Мара. - Это моя смена.

По правде говоря, она опоздала на несколько минут, несмотря на свой ранний подъем – по дороге ее поймал Халлин, на которого вдруг напал приступ болтливости.

Риис встал, пока она шла к двери, и небрежным тоном произнес: