– Видимо, моя открытость и доброжелательность кажутся им фальшивкой...
– Почему же?
– Не знаю. Люди сейчас такие. Я уже смирилась. Во всяком случае, – она улыбнулась. – У меня была своя компания на сегодняшний вечер. Спасибо.
– Всегда пожалуйста, Шеф. Обращайтесь.
– Пока. И хватит называть меня Шефом!
– От этого трудно будет отучиться, Виола.
– Так-то лучше, – она отвернулась и пошла к подъехавшему такси.
Я тоже решил пойти домой и отоспаться.
Глава XX
Меня разбудило жужжание телефона. Это было сообщение от Оракула.
– Сегодня выборы. Ты идешь?
– Не-а.
– А что так?
– Толку-то. И так ясно, что выиграет Демьянов.
– Не могу не согласиться.
– Ну и вот.
– А почему ты только сообщения пишешь?
– Меня могут отслеживать.
– А сообщения не отслеживают?
– Мои – нет.
Я видел в окне, как люди плелись в избирательные участки. Оно было открыто, поэтому я даже слышал некоторые разговоры.
– За кого голосуешь?
– Я на выборы обычно не хожу, но в этот раз проголосую за Демьянова, конечно же! Кандидат от народа.
Я ради интереса даже заглянул в сегодняшнюю газету и посмотрел список кандидатов. Стоит сказать, что достойных кандидатов нет, но у них хотя бы не было проблем с законом. Хотя, может их пока что просто не огласили. Грустно осознавать, что такая свобода выбора – это лишь иллюзия. Интересно, а отец Арсений ходил голосовать? Лучший способ узнать это – спросить его самого.
Я открыл дверь «Самопала». Единственным человеком внутри был бармен.
– Василий, – я облокотился на стойку, – Арсений не заходил?
– Нет, – ответил он, протирая бокал, – Видимо, никогда больше не зайдет.
– Что с ним случилось? – у меня в голове возникли неприятные мысли.
– Он ушел. Скитаться.
– Решил стать отшельником? Это объясняет то, что он метался последние дни...
–Такие дела.
– Ладно, – я уже повернулся к выходу. – Вася, а ты ходил на выборы?
– Нет, у меня есть дела поважнее. Например, – он посмотрел на меня, – мой бар.
– А за кого бы ты проголосовал?
– За Глеба, – он рассмеялся.
– Я бы тоже. Нынче нормальных кандидатов нет. Одни воры да рецидивисты.
– Тоже верно.
– Ладно уж. Я пойду. До встречи.
– Ага, пока.
Примерно половина тех стен, которые я увидел на пути домой, а он, напоминаю, находился через дорогу, оказались оклеены агитационными листовками. Их было чересчур много. У подъезда я подумал: «А за кого проголосовали остальные?». Я присел на скамейку и принялся строчить.
Глеб: «Там какой-то мужик был, который хотел национализировать предприятия. За такого точно никто бы не стал голосовать, но я по приколу решил это сделать».
Лиза: «У нас сегодня с Таей очень занятой день, поэтому мы пропустим».
Тая: «У нас тут хирургическая операция, тыры–пыры, сам понимаешь».
Виола: «Я проголосовала за Демьянова».
Оракул: «Куда я, по-твоему, пойду в таком состоянии?!»
Что же, кроме Виолы и Глеба все предпочли воздержаться. Я не один такой.
Я вернулся домой и лег читать книгу, которую мне посоветовал Глеб.
…
В какой-то момент мой телефон начал жутко жужжать. Время было 21:00.
Это было сообщение от Оракула.
«Демьянов в ресторане на восточном конце города. Отмечает свою преждевременную победу. Держу тебя в курсе. Может быть, стоит сходить и поговорить с ним?»
Что-то в моей голове переклинило. Человек, из-за которого моя жизнь пошла под откос, сейчас сидит и трапезничает в ресторане. Я взял из шкафа пару черных перчаток и надел их. Из нижнего отдела тумбочки я вытащил пистолет и сунул его за пазуху своего плаща.
«You’ll never see it comi-i-i-i-ng».
– Глеб?
– Да, это я. Не забыл про пистолет? Можешь мне его занести?
– А, точно... Я заскочу к тебе, только попозже. Дела намечаются.
– Хорошо, буду ждать.
Выбежав на улицу, я сел на первый автобус и поехал на другой конец города. Шел легкий дождь.
Ресторан назывался «Перестройка». Его вывеска горела над дверьми из красного дерева. Через окна можно было увидеть внутренний интерьер: столы с белоснежными скатертями, яркое освещение и небольшая сцена посередине.
Мне было достаточно только взгляда, чтобы увидеть лицо Демьянова. Он сидел у окна, которое было прямо в начале стены с восточной стороны. Оно было приоткрыто, и я мог отчетливо слышать, о чем он говорит с мужчиной напротив.
Я незаметно подкрался за стеной и принялся слушать.
– А не рано ли вам праздновать, Федор Николаевич? Результаты же будут только позже!
– Можешь в этом даже не сомневаться. Я сяду в кресло губернатора уже совсем скоро. И тогда эти мерзавцы даже не смогут и вякнуть о том, что я ничего не добился!