– Тогда иди. Вопросов нет?
Я задумался. Вопрос не заставил себя долго ждать:
– Вы свободны сегодня вечером?
Глава XII
Виолетта Ивановна посмотрела на меня с каким-то недоумевающим выражением лица. Наконец, она сказала:
–А с чего ты вдруг решил поинтересоваться?
Я решил напрячь все свое джентельменское «Я».
– Вы создаете впечатление очень чуткой и приятной женщины. Я думаю, в вашей компании не соскучишься.
Она ухмыльнулась:
– Ну спасибо. Только вот у меня весь день занят. Да и неделя тоже. Позвони мне на выходных, – она вытащила свою визитку из внутреннего кармана и протянула её мне. – Хорошо?
– А как же та бумажка, которую вы мне давали до этого?
–Там мой служебный номер. На этой мой личный. По нему и позвонишь, хорошо?
– Обязательно, до свидания!
Я присел на ту же лавочку, что и после первого дня моей работы и посмотрел на небо. Такого количества звёзд, как в прошлый раз, сегодня не было.
«You’ll never see it comi-i-i-ing...»1
У меня стоял отдельный рингтон для каждого контакта. Для Глеба – «You’ll never see it coming», для Лизы–«Life will change»2.
– Алло, Глеб?
– Да, это я. В баре уже почти всю ночь сидит один мой знакомый адвокат по имени Александр. Тебе бы стоило с ним поговорить. Скажи, что пришел от меня.
– А зачем?
– Просто поверь мне. Тебе все равно нечего делать. Давай, бывай.
…
Я распахнул дверь «Самопала» уже в третий раз за последнюю неделю. Возле барной стойки сидел мужчина примерно моего возраста. Он был одет в синий костюм-двойку. Левой рукой он поддерживал голову, а правой подпирал левую. На стойке красовался почти опустошенный бокал.
– Александр?
Ответа не последовало. Я присел рядом с ним и попросил стакан воды.
– Я бы хотел с вами поговорить.
Он отлепил руку от головы и повернулся ко мне:
– Что тебе нужно?
– Мой друг по имени Глеб порекомендовал с вами поговорить. Вы же адвокат?
– Глеб... Я его помню. А откуда ты знаешь, что я адвокат?
Нужно было как-то его впечатлить, поэтому я решил не говорить, что мне Глеб сказал об этом.
– Ваш значок.
У него на воротнике пиджака был приколот небольшой позолоченный значок с весами.
–Весы, да? Символ правосудия. Нетрудно догадаться, что передо мной слуга Фемиды.
– А ты довольно внимательный. Да, я адвокат. Был когда-то.
– Что произошло такого, что вы решили перестать быть адвокатом?
– Это очень длинная история...
...
«Я стал адвокатом, потому что мне хотелось помогать людям, которых несправедливо обвиняют, которых морально уничтожают. Ведь когда на человека давят, причем очень сильно, он может сознаться в том, чего, на самом деле, не делал. Моей задачей было защищать таких людей. Получалось у меня отлично, пока кое-что не случилось... Очередное убийство, только не по тому сценарию, который обычно был. Мою помощницу, Маю, взял в заложники какой-то неизвестный тип. Помню, он сказал свои условия: «Мне нужно, чтобы твоего клиента признали невиновным, иначе девчонка никогда не проснётся». Сразу стало ясно, что что-что было не так. За день до суда, до меня дозвонилась Мая. Её словами были: «Со мной все в порядке! Ты должен доказать его вину, иначе я тебя никогда не прощу. Не думай обо мне, думай о том, чтобы докопаться до истины!» Твой друг Глеб был тогда главным детективом в этом деле, и все улики, найденные во время расследования, указывали на вину моего клиента. Но я боялся за Маю, я не хотел, чтобы её убили. Я смог добиться победы в этом деле. «Хорошая работа, твоя подружка на воле». Но я её больше никогда не видел. Она жива, я знаю, она мне написала письмо о том, что она уехала обратно в родной город и больше не хочет меня видеть. После этого дела я начал сомневаться. В себе, в своем предназначении как адвоката и ушел работать в местную юридическую контору клерком. А значок я держу как напоминание о том, кем я был...»
Я слушал эту историю, затаив дыхание. Я увидел в нем близкую мне душу. Он тоже потерял дорогого ему человека, хоть и не в буквальном смысле.
– Я понимаю, каково это. Я тоже потерял свою девушку месяц назад. Её сбил чиновник.
– Мои соболезнования... Погоди, – он повернулся ко мне, – Чиновник?
– Да, а что?
– В том деле тоже фигурировал чиновник. Два месяца назад. Я слышал, что после этого Глеб перевелся в другой отдел.
Я почуял что-то неладное.
– Может ли так быть, – он приложил ладонь ко рту, – Что мы говорим об одном человеке?
– Я не знаю кто он. Не могли бы вы мне про дело подробнее рассказать?
– А что ты хочешь узнать?
– Мотив, например.