— Арт…
— Ты. Можешь. Уехать, — перебивает он, даже не поворачиваясь к брату.
Алан бросает на меня взгляд, в котором всё: злость, боль, обида. Потом резко разворачивается, садится в машину. Изи молча закрывает за собой дверь. Они уезжают.
Он злится на меня. И правильно. Но это уже не важно.
— Принцесса, иди переоденься. Я отвезу тебя домой, — говорит Арт, всё ещё стоя рядом.
— Мне не нужна твоя помощь. Я сама справлюсь.
Я отступаю, направляюсь обратно в бар, но он резко хватает меня за локоть. Его хватка — как капкан, жёсткая, неотвратимая.
— Принцесса, я не в настроении шутить. Не заставляй меня применять силу, — шепчет он мне прямо в ухо. Голос его холоден и слишком близко. Он отпускает так же внезапно.
— Пошёл ты, — бросаю я и, не оглядываясь, захожу внутрь.
Я переодеваюсь быстро. Сердце стучит где-то в горле. Беру вещи. Пожарный выход. Просто уйти.
Открываю дверь. Свежий воздух. Темнота. Несколько шагов…
И вдруг — всё вырывается из-под контроля.
Кто-то поднимает меня в воздух, резко, будто я ничего не вешу. Я не успеваю даже закричать — дыхание перехватывает от неожиданности.
— Принцесса, далеко собралась? — знакомый голос. — Я же сказал: без твоих игр.
Он несёт меня к машине. Я бью его кулаками по плечу, по груди — бесполезно. Он словно каменный.
Дверь машины открывается. Меня кидают внутрь. Грубое движение. Дверь захлопывается. Я сжимаюсь в кресле, не зная, что делать. Молчу.
Арт садится за руль. Молча. Заводит машину. Выезжает.
— Теперь я буду спрашивать, а ты — отвечать. Честно, — его взгляд пронизывает. — Попробуй только соврать.
— Я тебе ничего не должна.
— Ты трахаешься с Аланом?
— Пф, дальше.
— Неправильный ответ, — его рука опускается на моё колено. — За каждую ложь — поднимаю руку выше.
— Какого чёрта?! — я пытаюсь стряхнуть его руку, но он сжимает сильнее. Больно.
— Ай! Мне больно! Убери руку!
Он слегка ослабляет хватку. Но не убирает руку.
— Что ты от меня хочешь?! — кричу, начинаю толкать его, ярость вскипает. — Отпусти меня!
— Блядь, успокойся, пока не врезались, — рявкает он, крепче сжимая руль одной рукой, а другой удерживая меня.
Я не сдаюсь. Руки сами летят в сторону его груди, плеч — я бью его, как могу, ногтями, кулаками, локтями.
— Успокойся, нахуй! — рявкает Арт.
— Пошёл ты к чёрту!
Он резко дёргает руль. Машина чуть не уходит в кювет. Скрип тормозов. Резкий толчок вперёд. Мы останавливаемся.
— Ты дура, блядь! — кричит он, вырывая ремень безопасности. — Сдохнуть захотелось?!
Он хватает меня и перекидывает к себе на колени. Я снова бьюсь, но он сильнее, его хватка как стальные тиски.
— Убери от меня руки! Отпусти, Арт!
— Заткнись! — он держит меня, дышит тяжело, будто сдерживается. — Ты выводишь меня, принцесса. Думаешь, я шутки шучу?
— Прошу… просто отпусти…
Он смотрит на меня. Глаза неестественно спокойные, но я вижу — он на грани. Этот взгляд… не мой Арт, если он вообще когда-то был «моим».
— Как ты меня назвала?
Я молчу, дрожа. Он качает головой и рявкает:
— Повтори!
— А… Арт…
— Блядь… нравится, как это звучит. Особенно, когда ты сломана.
Он сжимает челюсть, будто борется сам с собой. Мои слёзы уже катятся по щекам — я не знаю, что делать, куда деться. Просто хочу, чтобы всё это прекратилось.
И тут звонит телефон.
Он не отпускает меня, но вытаскивает телефон и отвечает.
— Да?
Я слышу голос Алана. Кричит. Я вцепляюсь глазами в аппарат, но боюсь пошевелиться.
— Арт, где Малия? Она не выходит на связь. Где она?!
Арт только усмехается и бросает взгляд на меня.
— Принцесса со мной, брат. Не волнуйся. Я её доставлю… домой.
Он сбрасывает вызов и откладывает телефон. Всё ещё смотрит на меня.
— А теперь скажи. Ты спишь с ним?
— Нет… — шепчу. — Пожалуйста… отпусти…
Он сжимает губы, смотрит на часы.
— У меня дела. Но с тобой… я ещё не закончил.
Он сажает меня обратно в кресло. Включает двигатель. Всё это время я дрожу. Просто хочу выбраться.
Глава 5
Арт
Следующий день.
— Босс, вас ждут.
— Иду.
Рабочий день — только по формальности. Я сотрудничаю с тремя главами мафии. Мы держим баланс, пока это всем выгодно.
Север — Себастьян.
Юг — Массимо.
Восток — Маттео.
Запад — я. Арт.
У каждого свои методы, свои тараканы. По сути — мы псы на одной цепи. Только каждый хочет быть единственным.
Я захожу в кабинет. Курят, смеются, обсуждают какую-то грязь.
Маттео первым поворачивается: