— Мама... Мама, проснись... — она не двигается. Глаза закрыты. Голова на руль.
Дверь рядом со мной открывается.
Чужой мужчина. Он вытаскивает меня.
Я ничего не слышу — мир вокруг будто в вакууме.
И вдруг — выстрел. Резкий, громкий. Мужчина падает. Второй — тоже. Я не двигаюсь. Стою. Смотрю.
Меня подхватывают. Родные руки.
— Солнышко, смотри на меня. Всё хорошо, слышишь? Мы сейчас уедем.
— Папа...
Настоящее время
— Малия. Малия, ты меня слышишь?
Мир возвращается звуками. Голос... узнаю.
Арт.
— Арт…— срывается с губ.
— Чёрт, ты меня напугала. Как ты? Где-то болит?
Открываю глаза. Мы в комнате Арта. Его спальня — я узнаю её.
Тело тяжёлое . В голове шум.
Резко поднимаюсь — от этого будто удар током в висках.
Рядом кто-то сидит. Молодая девушка. Улыбается.
Слишком спокойно для всего, что было.
Я смотрю на неё. Потом на Арта. Он напряжён, но в глазах не злость.
Что-то другое. Тревога? Страх?
Он тоже боится. За меня. Или за себя?
— Привет. У тебя всё хорошо? Голова не болит? — её голос мягкий, но чужой.
— Н… нет. Всё хорошо. Спасибо. — киваю, чувствуя, как в голове шумит.
— Отлично. Меня зовут Элисан. Я медсестра.
— Если всё, можешь идти. — голос Арта звучит жёстко. Он стоит, скрестив руки на груди, взгляд тяжёлый, как прицел.
Элисан слегка мнётся, косится на него:
— Ладно... Если что, позвони мне. — её взгляд говорит всё. Между ними точно что-то было.
Я отвожу глаза. Не моё дело.
И всё же внутри скребёт злость. Почему?
Ты не должна злиться. Ты ему никто.
Дверь за ней закрывается. Я медленно поднимаюсь, ощущая, как мышцы протестуют.
— Села. — его голос снова как выстрел. Я поднимаю глаза: Арт не просто смотрит — он следит, как зверь.
— Мне нужно домой. Я устала.
— Как я понял, ты, блядь, по-хорошему не понимаешь, да? — он приближается, вторгаясь в моё пространство, запах сигарет и мускуса сшибает с ног. — Отвечай. Что это было?
— Я не знаю, о чём ты! — отступаю, сдерживая дрожь. — Если ты про сегодняшнее, то это у меня к тебе вопрос: кто они? Кто был в той чёрной машине?!
— Мои враги. Теперь и твои.
Секунда тишины. Только гул в ушах.
— Так, с меня хватит. Из-за тебя у меня проблемы. Я ухожу. — разворачиваюсь, но он стоит там, как стена.
— Малия. Сядь. — голос больше не просто грубый. В нём звериное рычание.
Я замерла. Глядим друг на друга.
Он подходит медленно. Уверенно. Ставит руки в карманы — спокойствие, за которым прячется вулкан.
— Слушай внимательно. Я повторять не буду.
— Ты отсюда не уедешь. Через три дня у нас свадьба.
— Что?! — у меня перехватывает дыхание. — Нет. И всё. Я не твоя вещь, чтобы меня забрать и жениться.
— Ты моя. Потому что я так решил. — он делает шаг ближе. — И потому что я знаю, что в глубине ты сама это чувствуешь. Тебе страшно. Но ты всё ещё здесь.
— Ты больной.
— Может быть. Но только с тобой у меня крышу сносит. А без тебя — невыносимо.
Пауза. Воздух между нами — как перед бурей.
— Три дня, Малия. Потом ты будешь носить мою фамилию. И плевать, если придется запереть тебя, пока не поймёшь, что сбежать невозможно.
Он разворачивается и выходит, оставляя меня одну. Дыхание сбито. Мысли путаются.
Я хотела домой… А теперь не уверена, где это вообще.
— Стой! Открой эту чёртову дверь, Арт! Хватит, это не смешно!
Я бьюсь в дверь кулаками, кричу, срываюсь, но за ней — тишина. Глухая, как в гробу.
Сколько прошло — минуты? Час? Я не знаю. В какой-то момент голос садится, руки опускаются. Просто сажусь на холодный пол и закрываю лицо ладонями.
Слёзы идут сами. Горькие, беспомощные.
Господи, что со мной не так... Почему всё повторяется?
Я уехала, сменила имя, вычеркнула прошлое...
И всё равно это снова здесь. Он снова здесь.
Когда просыпаюсь, понимаю: так и уснула на полу, прямо в углу, под дверью.
Тело болит, как будто по мне прошёл каток. Глотка першит — как будто кричала во сне.
С трудом поднимаюсь, держась за стену. Подхожу к окну.
На улице — охрана. Трое. Нет, четверо. Один у ворот, один прямо под балконом, двое у выхода.
Сбежать? Даже не смешно.
В этот момент — стук.
Я дёргаюсь, словно мне в висок выстрелили. Смотрю в сторону двери, сердце колотится.
Дверь медленно открывается.
На пороге появляется девушка — красивая, с тёмными прямыми волосами и ледяными глазами.
В руках — поднос с завтраком.
— Босс попросил отнести вам завтрак.
Говорит ровно, но в её взгляде... ненависть.
Ясная, вырезанная, как на лезвии ножа.
Она смотрит на меня, как на врага.
Как на ту, кто забрал её игрушку. И я почти уверена — эта игрушка с шрамами на руках и злостью в глазах. Арт.