Мало кто сейчас знает, чей это флаг. Но по символике легко догадаться, как и по расцветке…
Глава 32
— Русские просто выжидали, и тем жестоко обманули нас…
Гудериан выругался — недаром на сердце было неспокойно, странное затишье на восточном фронте его порядком настораживало. В ОКХ почему-то решили, что все резервы РККА скованны маньчжурской и финляндской операциями, а потому в этой зимней кампании большевики не будут вести активных широкомасштабных действий. Тем более им пришлось перебрасывать войска на петербургское направление, где они с трудом остановили декабрьское наступление группы армий «Север», которое должно было помочь финнам. Но позиционные рубежи оказались непробиваемыми, русские хорошо научились обороняться, привлекая большие группы артиллерии, и за несколько недель создавая полевые укрепрайоны. А в тамошних болотах они десять месяцев сидели, и за столь долгий срок чего только не возвели, и провели сплошные минирования.
Но именно эти неудачные зимние бои успокоили командование вермахтом, и сам фюрер почему-то решил, что Сталин не бросит в наступления свои танковые орды, где бронированных машин намного больше, чем всадников у легендарного Чингисхана. Но нет, то была лишь протяженная оперативная пауза, и за четыре месяца советскому командованию удалось накопить резервы и произвести на заводах не менее восьми тысяч «тридцатьчетверок», и эта самая скромная оценка. И если она и ошибочна, то только в сторону уменьшения — возможно, что Т-34 и САУ на его шасси изготовлено на самом деле до десяти-одиннадцати тысяч, больше чем дала развитая промышленность Германии за весь прошлый 1942 год, в котором одержаны грандиозные успехи в северной Африке и на Ближнем Востоке.
— Не меньше двадцати пяти механизированных корпусов, четыре танковых армии — это много, очень много, примерно шесть-семь тысяч танков. Справиться с такой оравой мы просто не сможем.
Впервые в жизни Гудериан не знал, что ему делать, какие решение следует принимать в первоочередном порядке. Все дело в том, что реорганизация панцерфаффе была начата, и находилась как раз на том этапе, когда спешно принимаемые меры не смогут улучшить положения, а наоборот, весьма вероятно, значительно его ухудшат. На запад, в оккупированную Францию отвели сразу семь панцер-дивизий, там они были объединены с дивизиями ваффен СС, которые, наконец-то, практически перешли в состав танковых войск из ведомства Гиммлера. Дивизии получились необычайно мощные, из трех панцер-гренадерских бригад, с двумя дополнительными пехотными и парой полевых запасных батальонов. Число танков, САУ и штурмовых орудий в штатном расписании составляло без малого три с половиной сотни — а такой сконцентрированной мощи большевики вряд ли могли что-то противопоставить, ведь по своему боевому составу эти соединения составляли по сути полторы прежних панцер-дивизии. Вот только требовалось определенное время — три месяца, но лучше четыре, чтобы подготовить пополнение, и получить всю требуемую матчасть от заводов.
У меня только две «нормальные» дивизии, только две — они не смогут остановить русское наступление. Как не вовремя, я думал, что передышка продлится, а нам не дали времени!
Гудериан всегда был сторонником многочисленных по танковому парку соединений, постоянно настаивал, чтобы в них было два танковых полка, как во время блестящей победы во французской кампании, когда таких дивизий в вермахте было десять, но в каждой имелась танковая бригада двух полкового состава. Однако через полгода ситуация изменилась — готовясь к походу на Советский Союз Гитлер решил удвоить число панцер-дивизий, ведь огромные пространства на востоке требовали намного большего числа подвижных дивизий. Но танков на новые десять дивизий просто не было, вернее, нормальной бронетехники, сотни захваченных французских танков не подходили по своим тактическим свойствам. Потому танковые бригады поделили надвое, оставив в панцер-дивизиях один полк, и сформировали новые дивизии, пробивная ударная мощь которых сократилась вдвое.
Война показала, что расчеты Гитлера оказались ошибочными — первую летнюю кампанию «вытянули» за счет великолепной подготовки панцерваффе и тактического мастерства германских офицеров и генералов. Но тревожный звонок прозвучал — у русских на вооружении оказались Т-34 и КВ, против брони которых танковые и противотанковые пушки оказались бессильными, а появление «гадюк» позволяло вражеским танкистам подбивать любой немецкий танк, даже «нашлепки» не спасали. Так что до Москвы даже не добрались, а от петербуржских предместий пришлось откатываться. И как результат — все панцер-дивизии на восточном фронте оказались полностью обескровленными, если в них удавалось набрать один батальон из полусотни танков, то для командира дивизии это было счастьем.