Долгие гудки прервал тонкий старческий голос. Сначала он что-то произнес по-латышски, но Лера его перебила:
— Это та девушка из России, которая к вам приезжала. Давно. — Она кратко напомнила историю отца.
— Я же вам все тогда рассказал. Зачем названиваете?
— Пожалуйста, не бросайте трубку. Вы единственная связь, которая может привести меня к разгадке тайны отца. Расскажите о главном герое его книги. Вы же хоть что-то должны помнить о нем.
— Героини. Альтер эго вашего отца было заточено в женский персонаж. У нее возникли проблемы со сном, она долго спала, сутками. Синдром спящей красавицы или, говоря научным языком, синдром Клейне — Левина. Люди с такой болезнью спят по восемнадцать часов и более. Для них сон — это реальность, а наш мир нужен лишь для того, чтобы поддерживать состояние сна. У его героини был тяжелый случай. Она полностью погрузилась в мир снов и не смогла оттуда выйти.
— Звали ее…
— Анна.
— Боже!
Лера положила трубку и пыталась уложить разрозненные фрагменты в одну картину. Она кусала нижнюю губу, пока из нее не засочилась кровь.
«Организатор знал моего отца!»
Эти слова плясали в судорожном хороводе. Пальцы потянулись к шраму, и она начала его расчесывать. Голова гудела от информации. Лера пододвинула ноутбук к себе, открыла диалоговое окно.
vetta_gold: Кто ты такой? Откуда у тебя рукопись моего отца?
Ответа не последовало.
Две полоски шрама распухли, а в верхней части бедра и вовсе потемнели. Лера разодрала огрубевшую кожу, и теперь на этом месте виднелись розовые островки теплой плоти. Она провела рукой по бедру и разглядела чуть заметные красные пятна. Рассмотрев подробнее это место на теле, Лера не смогла понять, откуда могли взяться небольшие ранки, походившие на следы от уколов. И тут перед глазами всплыли слова из записей Анны. Та упоминала, что проверяет реальность, укалывая себя булавкой. Но ничего подобного Лере не приходило на ум делать. В этот момент ей стало жутко. Ее сознание плыло по реке, скользило по илистому дну памяти и уже готовилось пройти через водоворот безумия. Нет. Она этого не допустит.
19 глава
Комната постепенно заполнялась полумраком. Он сгорбившись сидел за письменным столом. На пол падала тень, рисуя на деревянных дощечках неровный силуэт вопросительного знака. Его рука смяла очередной загубленный лист, и он раздраженно бросил его в сторону. Макс ревностно относился к каждой написанной строчке и не позволял себе халтурить. Именно по этой причине куча белых бумажных мячиков валялась на полу. Посторонние мысли лезли в голову, и от этого текст становился еще хуже. «Как она там?» — красной сигнальной кнопкой мигала фраза в сознании.
Со своей женой он познакомился шестнадцать лет назад. Тогда еще не было на его лице ни рыхлых морщин, ни мешков под глазами, ни одышки от похода на второй этаж. Зато она будто и не изменилась. Все те же янтарного цвета глаза с зеленоватым просветом, длинные мелко закрученные каштановые волосы и россыпь чуть видневшихся веснушек на носу. Как ей удавалось и по сей день смотреть на него как в тот первый раз? Эту загадку ему до сих пор не удалось разгадать. Да, от женщины в отношениях много зависит. Принятие и прощение, теплота, нежность. Каким-то образом тогда, в свои восемнадцать, ей удалось переплести в себе все эти качества.
В воздухе над его головой назойливо летала муха. Макс отмахнулся от нее и отложил листы бумаги. Абсолютно точно — больше сегодня он писать не будет. Муха успокоилась, села на прозрачную занавеску и начала тереть лапки, словно радуясь, что добилась своего. Макс подошел к чемодану и достал аптечку. Пошарил в поисках таблетки, выпил ее и прилег ненадолго.
2
У входа в дом по обе стороны росли кусты роз. Бархатные бордово-алые цветы вперемешку с нераспустившимися бутонами. Макс наклонился над одним из цветков и начал его разглядывать.
— Красивые, — сказала Лера, подойдя ближе.
— Когда-то и у меня был свой дом, — произнес он задумчиво. — Я любил проводить время в саду. Высаживал цветы и ухаживал за ними. Розы капризные в уходе. Зато, если к ним приноровиться, они смогут радовать долго. Ты знаешь, есть в выращивании цветов какая-то своя философия…