Я снова горячо поблагодарил своего гостя и пообещал в точности следовать его советам.
Маркиз, кажется, остался мною доволен.
– Теперь, – объявил он, – я назову вам парижские достопримечательности. Возьмите карту и ставьте буквы или цифры около мест, на которые я укажу; а на отдельном листе записывайте комментарии. Все, что я перечислю, следует осмотреть непременно.
Так, методично, перемежая свой каталог с множеством забавных и пикантных анекдотов, он снабдил меня путеводителем по Парижу, поистине бесценным для охотника за развлечениями и новизною.
– Недели через две, а может статься, и раньше я наконец смогу быть вам полезным, – пообещал он. – А покуда будьте настороже! Не вздумайте играть: вас непременно облапошат. Помните, что вокруг полно разного рода мошенников и негодяев, которые тем и кормятся, что обирают простодушных иностранцев. Полагайтесь только на тех, с кем знакомы лично.
Я снова уверил маркиза, что с благодарностью воспользуюсь его советами. Сердце мое было слишком переполнено прелестницей из «Прекрасной звезды», и я не мог отпустить гостя, не попытавшись хоть что-то о ней узнать. И я осторожно справился о графе и графине де Сент-Алир, коих я имел честь вызволить из весьма щекотливого положения тогда, в гостинице.
Увы! Он не встречал их с тех пор и не знает, где они сейчас. У них прекрасный старый дом всего в нескольких лье от Парижа, но очень вероятно, что они задержатся в городе: после столь длительного их отсутствия дом ведь надобно еще подготовить к приезду хозяев.
– А как долго их не было?
– Думаю, месяцев восемь.
– Вы, кажется, говорили, что они небогаты?
– По вашим меркам, месье, может, и так; однако благодаря доходу графа они не отказывают себе ни в чем, даже в кое-какой роскоши. Да и много ли надо средств при их-то уединенной жизни и в нашей дешевой стране.
– Они, стало быть, вполне счастливы.
– Скорее, должны бы быть счастливы.
– Что же им мешает?
– Граф страшно ревнив.
– Но графиня… как будто не дает ему повода?
– Боюсь, что дает.
– Какой же?
– Видите ли, мне всегда казалось, что она слишком… слишком…
– Слишком что, месье?
– Хороша собою. Глаза ее волнующе прекрасны, кожа безупречна, черты совершенны… Впрочем, я уверен в ее порядочности. Вы ведь, кажется, с нею не встречались?
– В тот вечер, когда мне пришлось проломить череп тому забияке, что наскочил в вестибюле гостиницы на старого графа, там также была дама, закутанная в дорожный плащ. Но лицо ее скрывала густая черная вуаль, так что решительно ничего нельзя было разглядеть, – дипломатично ответил я. – Возможно, то была его дочь. А случаются ли у них размолвки?
– У кого, у графа с женою? Бывают, хотя и нечасто.
– О чем же они бранятся?
– Ах, это долгая история; о бриллиантах графини. Они довольно ценны и стоят, по уверению ювелиров, около миллиона франков. Граф хочет их продать, деньги пустить в рост, а доходом распорядиться по усмотрению жены. Графиня же, которой они по закону принадлежат, никак не соглашается; и сдается мне, что истинную причину своей несговорчивости она ни за что ему не откроет.
– Вот как? И что же это за причина? – Любопытство мое все распалялось.
– Думаю, ей видится, как хороша она будет в этих бриллиантах, когда в другой раз выйдет замуж.
– Простите?.. Ах, ну да. А граф де Сент-Алир, стало быть, человек достойный?
– Достойнейший и весьма разумный.
– Как бы мне хотелось с ним познакомиться! Так вы говорите, он живет…
– …в счастливом браке! Но если говорить серьезно, то граф стал совершенным отшельником; время от времени вывозит жену то в Оперу, то на бал – вот, пожалуй, и все.
– Он, верно, может многое припомнить и о старых порядках, и о революционных событиях?..
– О да, для такого философа, как вы, граф превосходный собеседник. К тому же после обеда он обыкновенно засыпает, а жена его нет… Однако, кроме шуток, он и впрямь удалился от суеты большого света и сделался ко всему безразличен; да и графиню ничто, похоже, не занимает… включая ее собственного супруга.
Маркиз поднялся.
– Не рискуйте своими деньгами, – повторил он напоследок. – У вас скоро появится возможность потратить часть их с большою пользою. Кое у кого из тех, кто помогал возвращению Бонапарта, были очень приличные коллекции картин; в ближайшие недели они пойдут с молотка. Ожидаются исключительные сделки! Приберегите кошелек для этих торгов; я непременно дам вам знать. Кстати, – обернулся он уже у самой двери, – чуть не забыл: на той неделе в Версале устраивают костюмированный бал. Надеюсь, получите удовольствие: дома, в Англии, вас ведь маскарадами не балуют? Говорят, в этот раз будет даже грандиознее, чем обычно; съедется весь свет. Приглашения нарасхват – да их почти и не осталось; но для вас я уж постараюсь добыть. Доброй ночи! Прощайте.