До дома доезжаем на метро. С Дашей мы живем в одном дворе. Она какая-то хмурая, разговаривает неохотно. Устала, наверное.
- Ой, как хорошо, что аванс дали... А то я совсем на мели.
Даша как-то странно хмыкает. И ведет плечом.
- Ты, правда, такая дура, Ань, или притворяешься? Какой аванс?
Я во все глаза смотрю на неё.
- Мне Андрей Алексеевич сказал, что это аванс...
- Ну-ну... - мычит она и торопится в свой подъезд.
Я решаю не обращать на неё внимания. Окрыленная радостью, залетаю в свой... И моя радость сразу меркнет. Еды я не купила, и слишком поздно уже. А еще меня очень волнует вопрос - что там дома. Хочется попасть к себе в комнату и поспать как нормальный человек на кровати.
На лестничной площадке перед своей квартирой жадно прислушиваюсь к любым звукам. Пьют? Или разошлись?
Как вдруг открывается дверь соседней квартиры.
- Пришла? - старенькая соседка.
- Пришла, баб Поль...
- Домой заходи, а то опять на чердак пойдёшь. Полиция приезжала. Всю кодлу забрала. Во главе с твой мамкой непутевой. Эх... И за что ж такой бабе завалящей такая дочь? Домой иди... Не бойся.
- Спасибо, баб Поль! - выпаливаю я и несмело захожу в квартиру.
Не веря в свою удачу, обхожу её всю. Никого... Счастье-то какое!
Помыться можно... Но это завтра. Сейчас спать. Урчит пустой живот, и я в надежде, что что-то осталось от гулянки подхожу к холодильнику. С удивлением обнаруживаю там кастрюльку со сваренным в мундире картофелем. Грею воду, заправляю её сахаром и ем картошку, запивая сладкой водой. Чая нет. Уже давно.
И так мне хорошо - как будто я самые изысканные лакомства ем. Потом иду к себе. Моя комната запирается на ключ, и дверь в неё стоит металлическая. И замок - надёжный. Я на неё сама заработала после того случая. Так безопасней. Вот только, чтобы оказаться в этой безопасности надо зайти в квартиру, дойти до своей двери, успеть её открыть, юркнуть внутрь и успеть закрыться. Короче - долго. Иногда - слишком долго. И поэтому зачастую мне приходится пользоваться чердаком.
Но не сегодня. Захожу, запираюсь изнутри.
И растягиваюсь на своей кровати. Хорошо-то как!
Всё-таки счастье есть!
Глава 4
Аня
Просыпаюсь рано утром. Хоть и поспала немного, но чувствую себя отдохнувшей. Снова крадучись, выглядываю из комнаты. Обычно, если мать забирают, то долго не отпускают, потому что забирают, как правило в таком состоянии, в котором ей море по колено, и она очень агрессивно настроена. Особенно по отношению к полицейским.
Администратор сегодня велела прийти на работу к одиннадцати утра. Как раз кафе открывается. Она вчера за мной бдила, по-моему, даже в три глаза, но, кажется, осталась довольной. Поэтому опаздывать мне нельзя. Нормальная работа - это шанс на нормальную жизнь. Очень хочется съехать от матери. Я устала... У меня больше нет сил за неё воевать. Она живет так, как хочет, а я возле неё погибаю.
А я тоже хочу жить.
Бегу в душ. Промываю волосы. Мать всё время ругается, говорит, что нужно отстричь, потому что шампуня много тратится. Но я ей не позволю. У меня очень красивые волосы. Сушу их стареньким феном, чиненным тысячу раз, но он меня очень выручает. И пересчитываю деньги. Много... Я вчера даже не спросила, какой будет моя зарплата.
Деньги надо бы отложить, но куртка... Свои вещи, и обувь тоже, я держу у себя в комнате. Там, за дверью ничего нельзя оставить. Поэтому разглядываю куртку, которая висит на кресле. Очень старая...
Вспоминаю, как вчера на меня смотрел хозяин кафе, в котором я теперь работаю. С мужским интересом... И восхищением.
Мне понравилось. И он... понравился тоже. Очень понравился.
И я хочу, чтобы он еще раз на меня также посмотрел.
Поэтому, может, и совершаю глупость - возле нашего дома есть магазин одежды. Он не дешевый, но вещи там... На витрине я видела куртку. Я долго стояла на улице и любовалась красивой вещью, однако зайти внутрь не решилась.
Сейчас одеваюсь сразу на работу - джинсы, водолазку. И куртку - ту, которая есть. Она у меня одна и на все сезоны. Даже зимой в ней хожу. Холодно, правда. Конверт с деньгами кладу в рюкзак, запираю свою комнату и выхожу.