Мой любимый определенно все слышит, но и бровью не ведет, хотя внутренне наверняка недоумевает.
Я пожимаю плечами.
- Попросить его перезвонить?
- Да нет, - слышу, что муж усмехается. - Это я могу спросить и у тебя - давно ты ему рассказала?
- К-как ты…? - после долгой паузы и театрального хватания ртом воздуха так и не придумываю ответа лучше.
- Я все же разведчик, детка, хоть и хреновый… Мои парни пересеклись с его парнями. Я знаю, что он тебе помогал прятать Хайдена. И мне, правда, жаль, что это был не я.
Комок в горле становится еще больше, проглотить его все сложнее. Я давлюсь.
- Мне тоже… Я не рассказывала, - чувствую потребность объяснить. - Он случайно услышал мой разговор с отцом, и мне пришлось объяснить. Не злись на него. Твой сын хотел, чтобы я пошла с этим к тебе, но я боялась. Теперь знаю, что зря…
- Не зря, - Рас снова усмехается, невесело. - Тогда бы я не простил.
Он не договаривает, но я понимаю - не простил бы Хая, не меня. И лишь собственной смертью брат искупил все грехи, приписываемые ему мужем.
В трубке слышится чей-то голос, приглушенный ответ Рассела, и потом он ожидаемо произносит:
- Мне нужно идти. Я приеду за тобой сразу из аэропорта. Позвоню.
Под монотонный писк динамика я кладу телефон обратно на стол.
День икс, когда я должна буду уйти из этого дома в свой, оставить Сойера и вернуться к мужу, пока отодвигается, но все же однажды он наступит. И уже очень скоро.
- Послезавтра? - мрачным голосом вторит моим мыслям Волчек.
Я не смею поднять на него глаза.
Спать в эту ночь мы не собираемся.
Слишком мало у нас остается времени вместе и слишком страшит разлука. Я не представляю, как буду без Сойера. Не представляю, как вернусь домой. Не представляю, как буду делить постель с мужем…
И представлять не хочу.
Ни я, ни Сойер не касаемся темы скорого расставания, но она нас не отпускает. Пусть не в словах, но в мыслях.
Это заметно по бегающим взглядам, по отчаянной потребности друг в друге, по практически не размыкаемым рукам, по невозможности хоть на секунду отлипнуть от другого, отойти, выпустить из поля зрения.
Это отражается и в том, как мы любим друг друга сегодня - жадно, отчаянно, ненасытно. Как в первый раз. И как в последний…
Он напряженно стискивает зубы, закусывает губу - мою - и засасывает меня в почерневший омут своих глаз. Горячее дыхание опаляет кожу лица, и каждый вдох обжигает легкие. Я тянусь ему навстречу, вгрызаюсь ногтями в кожу плеч и спины и мечтаю раствориться в нем. Чтобы сегодня не кончалось, и завтра никогда не наступало. Ведь за ним придет послезавтра…
Сойер виртуозно извлекает из меня оргазм за оргазмом и, рассыпаясь на звёзды после очередного - я сбилась со счета, - без сил падаю на смятые, промокшие от нашего пота и возбуждения простыни, но он, и не думая останавливаться, быстро подводит меня к новому яркому пику.
Он знает меня, мое тело, все мои чувствительные зоны, точки всех букв алфавита. И я кайфую, когда он исполняет на мне, как на послушном, хорошо настроенном инструменте лишь ему известные мелодии.
Когда я выхожу после душа, он не спит. Сидит, прислонившись спиной к изголовью, и провожает меня испытующим взглядом.
Невольно ежусь под ним, не зная, чего ожидать. И заранее боюсь - вряд ли это будет что-то хорошее.
- Если мы собираемся продолжать отношения, - начинает он, когда я забираюсь к нему под покрывало и прижимаюсь к теплому телу. - И продолжать их легально, нужно сказать отцу о нас. Не хочу врать е…
- Нет! - перебиваю поспешно и зажмуриваюсь, заранее понимая, как ему не понравится мой ответ.
- Нет? Ты не хочешь говорить ему? - спрашивает недоверчиво, хмуро.
И резко отстраняется, будто ему противно прикасаться ко мне, заглядывает в лицо. И во взгляде потемневших глаз читается подозрение.
- Нет, нет, - тороплюсь объяснить. - Я хочу сказать ему и скажу. Обязательно. Но мне нужно время. Я… еще не придумала.
- А что тут придумывать?
Я знала, что объяснить ему мои метания, мою позицию будет очень-очень трудно, и много труднее будет убедить в том, что надо подождать. Искала подходящие слова, но не нашла. И нужно искать их прямо сейчас.
- Причину моего ухода. Не хочу тебя впутывать. Не хочу говорить Расселу, что ухожу от него из-за тебя. Надеюсь, что получится развестись не потому, что я ему изменила с его сыном, а… просто.
- Это как?
- Ну как… - раздражаюсь, понимая, как глупо это звучит. - Не сошлись характерами, отсутствие взаимопонимания…
- Аха, и уважения. И несовпадение политических взглядов не забудь, - в тон мне подхватывает Волчек.