Они не так наивны, чтобы верить, что они вернуться к частному служению. Скорее всего, они будут выкуплены более дешевым публичным домом. Они так же не так наивны, чтобы не понимать, что они там умрут.
Это умный ход, сообщить о своих намерениях в последний момент, и не оставить им времени на то, чтобы уличить шанс для самоубийства. Учитывая количество слез и истерик вокруг Элая, желающих было немало.
Их заставляют вымыться под надзором охраны и сковывают руки за спиной, прежде чем вывести в расчищенный от мебели зал. Там их уже ожидают сотрудники городского аукционного дома с электрошокерами наготове. Их лица полностью безучастны, когда они осматривают их голых и отчаявшихся, и начинают делить толпу на мужчин и женщин.
Охранник выдергивает Элая из толпы за локоть и тащит его в нишу за баром, где блондинка наблюдает за происходящим из темноты. Верзила бросает Элая к её ногам.
- Это такое сложное задание? Оставить одного проклятого раба в комнате? - она шипит, и Элай вздергивает голову в неверии, что это его хозяйка.
Госпожа Адора не похожа на себя. Её прелестное лицо опухло и покрылось красными пятнами, под глазами черные круги. Её волосы очень нуждаются в мытье. Вместо элегантного платья на ней криво завязанный халат. Даже её голос неузнаваем от бесконечного плача. Само олицетворение траура и скорби.
Но Элай чувствует, что её аура ничем не отличается от её обычного состояния. Хладнокровие и превосходство. Встретившись с ней взглядом, он опускает голову.
- Ты не поедешь на аукцион, кукла. У тебя уже есть щедрый покупатель, разве ты забыл?
Конечно. Он готовился к этому, но судьба всё ровно подкралась незаметно. Это просто вылетело из его головы из-за ужасных событий последней недели. Рыночная стоимость его контракта минимальна, а при оптовой продаже обойдется и того меньше. Госпожа не упустит такой шанс, она собиралась сделать это ещё до смерти мужа.
Она не могла убить господина из-за пятнадцати тысяч, не так ли?
"Не могла", - Элай думает, пытаясь заставить себя перестать дрожать. Это огромная сумма за мусор вроде него, но мелочь относительно богатства Бруксов. Он уверен, что у госпожи чулки стоят дороже. Это не имеет никакого смысла.
Но его интуиция кричит о том, что он видит только то, что позволено. Очень странные вещи происходят. Зловещие вещи, и он каким-то образом втянут в это против воли. Кукла, хозяйка сказала.
- Это последний шанс в твоей жизни. Ты возьмёшь его, я надеюсь? - она говорит, схватив его за волосы на затылке. Она накручивает кудри на пальцы и тянет в болезненный захват. - Завтра вечером ты пойдешь к своей новой хозяйке и станешь самым хорошим, прилежным и отзывчивым питомцем для неё. Ты понимаешь?
- Да, госпожа, - вздыхает он с заломленной назад шеей.
Она дает ему жгучую пощечину.
- Думал, я не узнаю, как ты увиливал от своих обязанностей с ней, тварь? - она рычит, и его сердце падает. - Завтра я позволю ей использовать тебя перед покупкой, и ты будешь подставляться с улыбкой и благодарить её за все, что она решит с тобой сделать. Это смысл твоей никчемной жизни. Это ясно?
- Да, госпожа! - он скулит, и целая серия ударов обрушивается на него. Он благодарен за то, что его руки связаны за спиной, и он не может навлечь на себя ещё больше гнева, защищая себя.
- Я надеюсь, что это так, потому что назад ты не вернешься. Если она разочаруется в тебе, я собираюсь купить для тебя место в общественном туалете и приковать цепью к полу, чтобы все желающие могли бесплатно использовать тебя как им захочется, пока ты не сдохнешь. Только ты, вонючий сортир и никогда не кончающаяся очередь ублюдков, чтобы засадить в тебя член.
- Нет! Пожалуйста! - Элай рыдает, паническая атака приближается к нему от одной мысли об этом. Госпожа не жалеет его, господа никогда не жалеют его.
- Сегодня ты увидишь на что это похоже и почему ты должен угодить твоей новой хозяйке. Мне кажется, ты слишком привык к щадящим условиям, которые Мейсон дал тебе, - она отпускает его волосы и с последним ударом он падает на пол. Две сильные руки тут же хватают его под локти и сквозь слезы он видит, что это несколько охранников с грязными ухмылками, тащат его прочь. - В конце концов, тебе нужно отработать всю еду, что ты получил за последние дни не работая.