- Я вижу, - говорит она, сжалившись.
Тут возникает загвоздка. Заключается она в то, что в языке Эльджин нет слова, которое обозначало бы её потребность в связи. Так же не существовало дословного перевода. Всё, что она могла, это топорно обозначить физическую невыносимость одиночества, и надеяться, что временем более глубокое понимание придет по наитию.
- Мы стайные хищники. Мы живём большими семьями из нескольких поколений в одном доме, который считаем родовым гнездом. У нас прочные многодетные браки и неугасающие кровные связи между братьями и сестрами. Это обусловлено не столько социальными традициями, сколько биологической необходимостью, - объясняет она, опуская часть, что это так же основа всего военного строя и их больного патриотизма.
- Мы быстро формируем сильную эмоциональную привязанность с другими, что делает нас эффективнее, снижает стресс и вызывает чувство защищенности. Одиночество же вызывает разлад биологических процессов. Говоря упрощенно, одиночество фактически вредит нашему здоровью. Это ясно? - она спрашивает, и получив достаточно сознательный кивок, продолжает. - Как ты можешь понять, служба в армии, и тем более война, не лучшее место для семьи.
Следует ещё один кивок, но на этот раз намного более условный. Он все ещё не понимает к чему она ведет.
- Элай, посмотри на меня, - приказывает она, прежде чем подвести итог.
Медленно он поднимает настороженные глаза и даже на мгновение встречается с ней взглядом, прежде чем опасливо опустить их куда-то в область её подбородка. То как дергается его кадык, когда он нервно сглатывает, почти сбивает с мысли.
- Элай, твоей основной задачей будет стимулировать моё чувство личной привязанности. Я понятно объясняю, почему это важно? Если нет, то я приветствую вопросы.
Он кивает, но нервозно смещается на пятках и опускает взгляд на пол. Тяжелый мыслительный процесс отражается на его лице, и Сирин терпеливо ждёт, пока он сформирует вопрос. Она неплохо проводит время, просто наблюдая, как он терзает зубами нижнюю губу.
- Госпожа... - медленно говорит он, бросая на неё нерешительный взгляд. - Я буду считать честью служить вам любым способом, которым буду полезен, но... Что конкретно мне нужно будет делать?
К сожалению, у Сирин нет простого ответа на сложный вопрос. Она знает общую теорию того, что способствует возникновению привязанности двух людей, но если она перечислит это в виде сухих тезисов, то Элай начнет прибегать к ним, как к механическим задачам. Всё будет испорчено на корню
Доверие не терпит преднамеренности.
Забывшись на короткий миг, она все таки протягивает руку и заправляет кудрявую челку ему за ухо.
- Не думай об этом, как о рутинной задаче, - говорит она, с усилием возвращая ладонь себе на колено. - Я верю, что со временем всё придет естественным образом. Но я могу рассказать, на что будет похожа твоя жизнь здесь в ближайшее время.
Покраснев и насторожившись, Элай снова опускает голову, челка снова падает ему на глаза, и руки Сирин снова дергаются вперед. На самом деле, её сенсорный голод взорвался с близостью хорошенького раба, и становился всё более невыносимым с каждой минутой.
- Итак, я собираюсь считать вашей комнатой ту спальню, в которой ты сегодня провел ночь. Там ты можешь проводить свободное время, и можешь считать своим всё, что в ней есть или появится со временем, - Сирин игнорирует недоверчивое выражение лица мальчика. - Мне будет приятно, если ты продолжишь заниматься домашними делами. Как ты наверняка заметил, дом отчаянно нуждается в уходе. Я действительно настаиваю на том, чтобы ты готовил, а так же на том, чтобы мы регулярно находили время на совместный приём пищи. И конечно, я ожидаю, что ты послушен. Что скажешь?
- Будет исполнено, госпожа, - следует предсказуемый ответ.
- По мимо прочего, я собираюсь проводить с тобой время отдыха на регулярной основе, - говорит она, и то как краснеют щеки Элая заставляет её ухмыльнуться. - Я собираюсь разговаривать с тобой, и я имею в виду настоящий диалог. Тебе придется к этому привыкнуть. Ты будешь принимать участие в моих хобби, сопровождать меня на прогулках и, самом собой, я собираюсь физически касаться тебя. Есть возражения?
- Нет, госпожа.
- Хорошо. Перейдем к правилам. Я предлагаю считать правилами постоянные инструкции, за невыполнение которых, ты будешь нести наказание.
Выдержав драматическую паузу, Сирин берется перечислять:
- Тебе запрещено покидать дом или пытаться проникнуть в запертые помещения, пока я не скажу иначе. Запрещено отвечать на телефон рядом с входной дверью. Запрещено злонамеренно портить любое моё имущество, в том числе причинять вред самому себе. Само собой, я ожидаю, что ты не пытаешься причинить вред мне, - она почти запинается, видя какой испуг вызывает идея причинения ей вреда. - Недопустима никакая ложь. Недопустимо разбалтывание любой информации обо мне третьим лицам. Недопустим скандалим и физическая агрессия в отношении других людей, если вы будете иметь личный контакт. Для лучшей меры, я напишу список на листе бумаги и оставлю его на кухне.