Сирин смеряет взглядом заявленный ящик и рискует спросить:
- Сколько книг ты купил?
- Одиннадцать.
- Я просила тебя купить четыре!
- Ты просила меня купить четыре конкретных книги, и "ещё что-нибудь на свой вкус"! - он обвиняюще указывает на неё пустой бутылкой. - У меня разнообразные вкусы!
- Ты с ума сошел?! - рычит она, обводя жестом потребительскую свалку. - Я просила тебя лишь о нескольких вещах! Во сколько это обошлось? Выглядит, будто это все мои сбережения!
- Черт возьми, женщина! Ты только сладостей заказала на десять с лишним килограмм! И в двое больше алкоголя! Подарки для твоих сестер, ящик печатной бумаги, сменные решетки для гриля... Льюис в курсе о количестве витаминов и БАДов, которыми ты собираешься напичкать своего эльфа??? В отличии от тебя, у него есть печень, которой придётся всё это перерабатывать...
- Когда ты собираешься дать мне посмотреть на Элая?! - скулит Опал, бесцеремонно вскрывая коробку с книгами свои когтем.
- Никогда!
- Что? Ты чертовски несправедлива! - огрызается младшая женщина, вываливая книги на пол. - Я тратила личное нерабочее время, чтобы подобрать кого-то, кто обучит Элая языку. В соответствии с твоим списком из девяносто девяти тысяч тупых критериев, которым этот кто-то должен соответствовать, чтобы ты не боялась оставить их наедине! Лиланд это крупинка золота, которую я вытрясла из тонны песка ради тебя, подруга.
- Опал, ты не соответствуешь ни одному из моих тупых критериев, и если я увижу тебя рядом с моим домом без приглашения, я тебя подстрелю, - угрожает Сирин, чувствуя себя достаточно серьезной. - И кто такой Лиланд?
- Это парень со шрамом от носа до уха, который работает в лазарете, - подсказывает Иман. - А теперь я хочу знать, что лежит в брендовом пакете "Децимас", потому что я, знаешь ли, не могу поверить, что ты любишь бомбы для ванны.
Пробираясь через упаковки в течение следующего часа, Сирин понимает, что её образное мышление в намного худшем состоянии, чем она думала. Она действительно просила Киона купить все эти вещи. И оплакивая свой бюджет, Сирин всё-таки выпивает бутылку пива. Или десять. И возможно, одна или две всё же были ромом.
Проходят стадии, от обсуждения насущного к байкам, а потом и к завыванием солдатских песен.
Иман обещает, что поможет ей загрузить и выгрузить вещи. Но когда Сирин, наконец, удается найти свободную машину, которую можно вызвать, Иман может устойчиво стоять только на четвереньках. Она и сама качается из стороны в сторону, как змея. Абсолютно непристойно для кого-то в их званиях.
К их удаче, кто-то на распределительном пункте по одному ее голосу догадался о происходящем и в качестве водителя назначили раба.
Сирин честно пыталась не перекладывать всю работу по загрузке на невезучего мужчину, который явно был в тихом ужасе от их пьяного крикливого квартета. Но подниматься и спускаться по ступеням крыльца выходило из рук вон плохо, поэтому она переключилась на функцию защиты бедолаги от Опал, которая решила, что сегодня она роковая соблазнительница.
В конечном счёте, можно сказать, что Сирин провалила свой план по каждому из пунктов. Она возвращается домой поздним вечером, и настолько пьяна, что ей приходится сесть на пол, чтобы снять сапоги. Ни о каком милом совместном вечере с Элаем не идет и речи, - никто не встречает её с нетерпеливым приветствием. Дом темный и тихий.
Разумная её часть подсказывает, что это к лучшему. Ему не за чем видеть её в таком состоянии, да и то, что он, похоже, может спать даже, когда её нет дома в тёмное время суток кажется положительной динамикой.
Сирин подозревает, что в последнее время он страдает от кошмарных снов, и у неё есть широкий опыт в посттравматических ночных кошмарах. Были времена, когда ей месяцами не снилось ничего, кроме сюжетов, где она либо горит заживо в металлической ловушке, либо находит всю свою семью убитой. Иногда они горели с ней. Кошмары истощают не хуже болезней.
И если Элай может получить хоть небольшой отрывок спокойного сна, то она намерена ему позволить. Вот почему она крадется в собственном доме, как мышь, хотя даже просто не врезаться в косяки уже огромное усилие.
Когда она, наконец, оказывается за дверью своей тёмной спальни облегчение не наступает. Ещё прежде, чем Сирин успевает сфокусировать взгляд и понять, что перед ней, она слышит медленный устойчивый пульс и чувствует легко узнаваемый запах. Без страха.