Конечно, она всегда всё чувствует. Элай даже не может сказать, как именно он это понял, но у него нет ни малейшего сомнения, что госпожа снова читает его, как открытую книгу.
И эти круги...
Она так приучила его к "кругам", почти как дрессура. От крошечных кокетливых кружочков, которые она рисует одним пальцем у него на коже, до больших твердых утешительных кругов на его спине или груди, когда он снова огорчен или напуган. Через время эти круги укрепились на уровне рефлексов.
Теперь короткого прикосновения раскаленной руки было достаточно, чтобы лишить его любых намерений и вызвать беспричинную слабость в коленях. От маленькой ласки упасть на пол захотелось так же сильно, как от удара.
Осознав, как близко к нему госпожа осталась стоять, он разволновался и снова почувствовал трепет в животе. Сердце заикнулось. Мысли немедленно спутались.
Боже...То с какой легкостью она управляет его состоянием совершенно устрашающе. Полутона её голоса и простого нажима ладони сквозь рубашку достаточно, чтобы он растаял, как морская пена. Ещё ни один владелец не имел над ним такую власть.
- Здравствуй! Рад, наконец, познакомиться с тобой, Элай, - радостно разглагольствует Лиланд, о котором он умудрился забыть, даже глядя прямо на него.
За те несколько секунд, на которые Элай выпал из реальности, гость быстро разулся, снял сумку и пальто. Прежде чем повесить его на крючок, он снял записку на прищепке и закрепил её на нагрудном кармане серой форменной рубашки.
- Привет, - вежливо отвечает Элай, потеряв всю ранее накопленную ярость. - Спасибо, что пришел.
Горячие пальцы его госпожи одобрительно гладят линию его позвоночника, и Элаю требуется весь существующий самоконтроль, чтобы не дрожать. Его щеки краснеют от того, насколько он испорчен.
* * *
Лиланд сидит за столом напротив него и по левую руку от его госпожи. Элай собственноручно накрыл стол таким образом, и сейчас он жалеет о том, что не бросил гостя сидеть как можно дальше, на другой конец стола.
Он знает, что его ревность абсурдна, неуместна, и он не имеет никакого морального права на любые собственнические чувства по отношению к его хозяйке. Но этот парень выглядит хуже, чем красиво или соблазнительно. Он выглядит уместно.
Уместно в этом доме, уместно сидя за столом с прямой спиной, уместно в отглаженной рубашке с воротничком, застëгнутым до самого горла. В ожидании, пока госпожа Сирин первой начнет есть, он скромно сжал вместе руки у себя на коленях. Прежде чем сесть за стол, он собрал волосы в аккуратный низкий хвост, что завершило его общий образ порядочности и добродетели. Как не посмотри, сдержанный молодой человек, достойный приличного дома.
И Элая это раздражает. Он может узнать опытного постельного раба, когда видит его. Это вбили в каждое движение Лиланда так же, как в его собственные. Но по какой-то причине этот парень может притвориться, что он здесь на своём месте, а Элай нет.
Когда Лиланд спрашивает разрешения получить столовый нож, а потом начинает управляться с ним так ловко, словно ни разу в жизни не ел без него, Элай чувствует себя бродягой, которого пригласили за стол из жалости.
Это все ещё не самое страшное. Лиланд поддерживает устойчивую беседу в течение всего завтрака.
- Это ты приготовил? - спрашивает он, указывая на их блюда, и получив утвердительный кивок, принимается болтать без умолку. - Я могу сказать, что у тебя хорошо получается. И что тебе повезло с пространством. Видишь ли, большую часть времени я работаю на пищеблоке, но это, конечно, не место для кулинарных опытов, как бы мне этого не хотелось. Остаётся только завидовать возможности хозяйничать на настоящей домашней кухне.
Элай видит, что от него ожидается какой-то ответ, но всё, что приходит ему на ум в разной степени агрессивно.
Его госпожа прерывает молчание, ставшее неловким.
- Значит, ты любишь работу, которую делаешь?
- О да, мэм, - с энтузиазмом отвечает другой раб. - В некотором роде, я всегда мечтал быть поваром. Ну или самое близкое к этой должности. Поэтому конечно я благодарен за полученную возможность, и отдельно за возможность изучить кухню другой культуры.
- Тебе нравится северная кухня?
- Да, мэм. И мне определенно жаль, что я могу добраться до экспериментов с Хелянской выпечкой и кондитерскими изысками только по праздникам из-за регламента. Видит бог, я бы перепробовал всё, будь меня доступ к свободной кухне...