К сожалению, сейчас он тоже ведёт себя отвратительно. Даже если быть желающим канонически правильно, теперь это не то, что от него требуется.
Хозяйка назвала его "милым человеком", одела, как благопристойного мужчину, посадила рядом с собой за сервированный стол и взялась учить. Но видимо, он и в правду не годится для чего-то большего, чем шлюха, как о нём говорили раньше. Иначе его грязное тело не реагировало бы так на взгляды и почти невинные прикосновения.
Но оно реагировало. Когда госпожа, покончив с корсетом, прижала нос к его затылку и шумно вздохнула, Элай против воли отклонился. Жар её дыхания ещё не до конца скатился по его позвоночнику, когда его снова схватили.
- Мне очень жаль! Клянусь, госпожа, я не хотел, - его оправдания звучат жалко даже для его собственных ушей.
Женщина прижимает его к своей груди, перебросив руку через его живот, а другой рукой угрожающе сжимает его локоть в тисках. Её хватка твердая, как оковы, и не смотря на бесконтрольную тряску его тела, Элай не сдвигается ни на дюйм.
Он не справился с приказом, и теперь хозяйка сочла нужным применить к нему силу. Ему стоит испугаться, и он испугался. Но она возвращается к тому, что она делала, игнорируя его строптивость, и горячее дыхание в его волосах и на задней части шеи заставляет все его нервы воспламениться. Усилившаяся слабость в коленях вынуждает его немного повиснуть в хозяйских руках, и тиски вокруг его тела лишь сжимаются сильнее.
Решительное собственническое поведение госпожи помноженное на тепло и давление её тела одолевает Элая. Несмотря на страх, кровь устремляется к его промежности и усилившаяся эрекция становится заметной через тонкую ткань брюк.
Всё, что он может, это закусить губу и постараться удержаться от шума.
- Хм, - госпожа Сирин отстраняется лишь настолько, чтобы её губы не касались его кожи. - Я не думала, что тебе это может настолько понравиться.
Прежде чем Элай успевает зажать рот рукой, предательский всхлип вырывается из его рта Униженный собственной недостойной реакцией, он опускает голову.
Конечно, хозяйка его разоблачила. Остаётся надеяться, что она не решит наказать его за несдержанность. Может, если повезет, она сочтет его распутство таким же забавным, как и его глупость.
- Если я отпущу тебя, ты не сбежишь от меня, не так ли?
- Нет, госпожа, - Элай качает головой, надеясь, что он хоть немного убедителен.
- Очень хорошо, - тепло говорит хозяйка прежде, чем отступить.
Даже в такой рискованной ситуации, простейшей маленькой похвалы достаточно, чтобы заставить Элая внутренне прихорашиваться. И всё же, когда хозяйка встает перед ним, чтобы осмотреть, он не может не зажаться и на секунду даже обхватывает себя руками.
Покажись ей. Она вправе увидеть какой ты, так что дай ей знать, что ты приветствуешь любое внимание.
Слава богам, он более чем достаточно тренировался в борделе, и несмотря на конфуз, Элай заставляет себя принять позу демонстрации расправив плечи и пошире расставив ноги. Он не глядя знает, что его полутвердый член хорошо заметен, и не может набраться решимости поднять пылающее от смущения лицо. Но в надеже выглядеть больше соблазнительным, чем униженным, Элай протягивает подрагивающую руку и делает вид, что поправляет штангу в соске, которая не нуждалась в исправлении.
- Ты так красив, - госпожа вздыхает, и его щеки становятся чуть более красными.
Она поднимает руку и вместо того, чтобы ущипнуть его, схватить или толкнуть на колени, она только смахивает волосы у него со лба, и сердце Элая грохочет, как молот о наковальню.
- Не волнуйся так, - указывает она. - Тебе совершенного нечего стесняться.
Он не согласен. Разве он может не волноваться, когда её оценка так важна? Как он мог бы не стесняться себя, когда он не заслуживает того, чего хочет? Элай все ровно признательно кивает.
Тогда госпожа Сирин берет его за руку и направляет его к дивану, но когда Элай пытается опуститься на колени на своё обычное место, она заставляет его сесть на подушку рядом с собой.
Это происходит, это происходит, это происходит...
Ему незачем быть на диване. Ни одной причины, даже такой, что заставила госпожу посадить его за стол. Он там, чтобы доставить хозяйке удовольствие, и страх неудачи переплетается в нем с ликованием от заслуженной возможности действительно стать полезным.
Но он не понимает, как конкретно ему действовать. Раньше, если кто-то решал трахнуть его на диване, Элай уже был полностью обнаженным и мог сразу преступить к делу. Теперь же он не знает с чего начать и как вести себя правильно, он даже не знает, как сложить свои ноги, чтобы выглядеть красиво и при этом не мешать тому, что госпожа хочет сделать.