Исаев склонился над картой, с минуту подумал, ответил Забродину:
— Иван Михайлович, твое решение утверждаю. Выступаем сейчас же…
Не прошла бригада и двух километров, как нас догнали наши разведчики, наблюдавшие за автоколонной карателей. Они доложили комбригу: карательная часть остановилась в Бурыни.
— Они имеют конкретную задачу: не допустить партизан в Бурынь, иначе они выведут из строя станцию. А преследовать нас эта часть оккупантов не будет, потому что не может. Им подавай шоссейку! — улыбаясь, высказал свое мнение командир бригады. — В Бурынь нам еще придется вернуться, но чуть позднее, — добавил Исаев к сказанному…
Когда остановились на дневку в роще, предложенной Забродиным. Исаев сообщил командирам отрядов задачу на следующую ночь. Разведчики весь день уточняли очередной ночной маршрут бригады. Для этого они скрытно пробрались по берегу Сейма до запланированного места следующей дневки.
Поздним вечером бригада продолжила продвижение по берегу Сейма. Перед утром достигли рощи около моста через реку. В десятке километров отсюда находилась в северном направлении станция Конотоп. Бригада остановилась ровно на столько, сколько потребовалось отряду Маркелова снять часовых у моста и у небольшого дома, служившего казармой идя охранного подразделения противника. Наверно с полчаса Маркелов ждал сигнала с противоположной стороны моста о снятии там часовых группой партизан-автоматчиков, пробравшихся по мосту под видом путевых обходчиков, с фонарем. Они просигналили Маркелову: охрана на северной стороне моста уничтожена. И сразу же в окна неприятельской охраны полетели их гранаты. Многие охранники даже не успели проснуться…
Командир отделения минеров-подрывников Николай Курчин подбежал к Исаеву и доложил ему:
— Товарищ командир бригады, объект к взрыву подготовлен. Прошу указания на взрыв.
— Взрыв разрешаю, — был ответ Исаева.
Курчин крутнул ручку взрывной машинки. Мгновенно раздался мощный взрыв. Два пролета моста рухнули.
Прошло не более получаса после взрыва моста. Командование бригады еще не успело отдать распоряжения о дальнейших действиях отрядов, как прискакавшие конные разведчики доложили: по правому берегу реки в пешем строю к мосту продвигаются каратели, не менее двух рот.
Капитан Забродин оценил обстановку и доложил Исаеву план разгрома приближавшегося противника:
— Взвод конников демонстрирует как бы отход от взорванного моста по полевой дороге в сторону Конотопа. В это время отряд Маркелова скрытно заходит в тыл неприятелю. Остальные силы бригады спешиваются, оставляют коней в дубраве под присмотром выделенной группы бойцов, развертываются в цепь, подходят к дороге, где должны залечь. Как только враги будут проходить мимо нашей цепи, открыть огонь. Они повернут обратно, будут стремиться укрыться за насыпью, а там их встретит отряд Маркелова.
— Молодец, Иван Михайлович! Утверждаю. Организуй исполнение, — распорядился Исаев.
Взвод конников Василия Попова, получивший задачу демонстрировать отход от моста, не спешил скрыться из виду. Он намеренно двигался медленно, чтобы каратели поверили, что это и есть те диверсанты, которые взорвали мост. Так и было. Враги с ускоренного шага перешли на бег. Когда они достигли участка дороги, на обочине которой залегли цепи двух наших отрядов, Исаев скомандовал: «Огонь!».
Каратели не ожидали здесь внезапного удара наших пулеметчиков и автоматчиков, увлекшись преследованием все больше удалявшегося взвода конников Попова. Мы буквально в упор стреляли по врагам. Многие из них падали убитыми или тяжелоранеными. А еще уцелевшие каратели бежали обратно, даже не отстреливались. Но навстречу им двинулись конники отряда Маркелова. Мало кому из карателей тогда удалось, как говорят в народе, унести ноги.
После взрыва моста мы не пошли в сторону Кролевца, как это предусматривалось ранее, а двинулись в направлении Глухова. Забродин, внесший предложение, аргументировал его тем, что под Кролевцом уже наверняка стянуты вражеские силы против нас. «К тому же, — продолжал Забродин, — наш маршрут на Глухов будет проходить через перелески, что удобно нам и для маскировки, и для отражения вражеского нападения, если каратели и решатся на это». — Забродин исключал появление противника на нашем пути, проходившем по бездорожью.
Как только медики доложили о завершении оказания медицинской помощи раненым, мы продолжили продвижение под Глухов.