Всю дорогу женщина молчала, осознав, что осмотр у травматолога все равно неизбежен. Она с достоинством ковыляла по накатанной дорожке, опираясь на руку Митрохина и ничуть не стесняясь своего затрапезного вида.
Травматический пункт работал круглосуточно. Это было самое обычное муниципальное учреждение, плохо финансированное, в отличие от частных, платных кабинетов, где персонал просто млел при виде богатых пациентов.
В этом месте оказывали помощь всем – на одной скамейке сидели мамаша с маленьким ребенком, державшим ручку на перевязи, бомжеватого вида мужик, источающий вокруг ощутимый запах алкоголя и пара подростков, целующихся при каждом удобном случае и забредших в больничку, чтобы погреться.
- Наталья Агеевна! – всплеснула руками девчушка в колпаке и белом халате – Вы чего здесь? Что-то случилось? Вы упали? Ушиблись? Вас сбила машина? – и она мазнула взглядом, полным неприязни по роскошному кашемировому пальто Митрохина – Я сейчас, Ольге Владимировне..
- Не нужно, Настя! – устало махнула рукой Коровка – Пусть Ольга Владимировна спокойно работает. Я подожду, сама видишь – торопиться мне особо некуда.
Девушка, худенькая, точно подросток-тинейджер, и не подумаешь, что уже медсестра, снова смерила Митрохина недоверчивым и неприязненным взглядом и, с достоинством развернувшись, отправилась обратно, туда, где за обшарпанными дверями, скрывалась, та самая, Ольга Владимировна.
- Девушка, девушка – бросился следом за сестричкой Митрохин, в надежде ускорить процесс – Можно вас на минутку!
Девушка не обернулась, не удостоила Митрохина даже взглядом своих серых, не по возрасту серьезных глаз.
- Роман Борисыч! – расслышал Митрохин голос унылой Коровки, но, теперь, в нем звучали затаенная гордость, и даже, достоинство – Сядьте и ждите, вам, же сказали русским языком.
- Я хотел бы побеседовать с доктором. Может быть нужно заплатить за квалифицированную хирургическую помощь! Я же виноват..
- Ни в чем Вы не виноваты! – Наталья Агеевна, обреченно махнула рукой – Не вы же меня увольняли, а, Альбина.. Этого и следовало ожидать, она давно хотела место мое освободить. Дочь знакомой пристроить потребовалось, а, тут такая возможность. Я сама виновата – потеряла бдительность. Думала – праздник, то, да се.. Теперь в «трудовой» статья – обидно, словно я алкашка последняя…
Митрохин неожиданно обнаружил, что Коровка больше не кажется ему непривлекательной, неряшливой, опустившейся бабой, а оставляет вполне приличное впечатление, особенно без уродливой шали.
- Я, ведь, Вам работу предложить хотел – неожиданно произнес Митрохин, переминаясь с ноги на ногу – в коридоре ужасно дуло и он банально замерз, в своих щеголеватых ботиночках – Компьютером владеете?
Наталья Агеевна изумленно приподняла седеющие брови:
- А, как же? – кажется, она даже слегка обиделась - Я же регистратором работала, а нам без компьютера никак нельзя!
- Решено! – Митрохин вновь почувствовал себя относительно комфортно – Я возьму Вас к себе секретарем. Работа не пыльная, заработок – достойный, только вот.. – Роман Борисович невольно замялся, вспомнив свой, слегка захламленный офис.
- Что – только? – мгновенно насторожилась Коровка – Альбина Вальдовна станет возражать?
- Не в этом дело! – совершенно позабывший о своей невесте, Митрохин засмущался еще больше – Коллектив у нас исключительно мужской, в офисе, сами понимаете..
Коровка удивленно хмыкнула:
- Надо же, бизнесмен, а краснеть не разучился! О вашем офисе легенды ходят – кампания «Семь *я»…то, да се.. Шарашкина контора, небось, от того и бардак!
- Кампания, как кампания – неожиданно обиделся Митрохин – Мы производим товары для семейного отдыха, сеть магазинов, между прочим, по всей стране.
- Надо же, какая честь! – лицо Коровки осветила улыбка, сделавшая черты ее грубоватого лица довольно приятными – Справлюсь ли?
- Мама! – двери кабинета дежурного травматолога распахнулись и из них широким, мужским шагом вышла высокая, широкоплечая девушка, красивая и очень уверенная в себе – Что случилось? Сердце? Давление? Ты почему «Неотложку» не вызвала?
Митрохин вконец растерялся – высокая, строгая девушка, ясноглазая, с лицом сердитым и усталым, необычайно привлекла его внимание, заставляя сердце биться сильно, точно пойманная в силки птица.
- Упала я, дочка! – Наталья Агеевна смотрела на дочь с нежностью и любовью – Вот, спасибо, добрый человек ехал мимо. Остановился, не бросил бедную женщину замерзать в грязи!
Ольга Владимировна Коровка строгим, испытывающим, взглядом посмотрела на Митрохина и упрямо поджала губы.
- Это же Митрохин! – обвиняющее воскликнула она – Тебя что, опять Альбина доводила?
- Ольга! – женщина неожиданно сникла.
- Она тебя все-таки уволила? – утверждающе спросила дочь-хирург – Что за причину она выдумала в этот раз?
-За пьянство на рабочем месте – обреченно призналась женщина, пряча глаза – Позор-то, какой! Будут тебе, дочка, в глаза тыкать!
- Плевать! – точно отрезала девушка – Я тебе давно говорила – бросай свою «шарашконтору» и иди к нам в регистратуру! Я поговорю с заведующим! Тоже мне – оздоровительный центр, богатеям задницы облизывать! Пусть им Альбина облизывает! Разогнала всех квалифицированных сотрудников, набрала, кого попало и довольна! А, еще доктор! Терапевт! Одно название!
В ее голосе звучало столько презрения, столько горячности, что Митрохин проникся – девушка, с ясными глазами и фигурой пловчихи, просто не могла врать. Таких людей считают неудобными, неуживчивыми, но именно из них, как убедился Митрохин, и получаются самые талантливые конструкторы, одаренные художники и.. преданные жены.
- Ваша невеста – продолжала свою обличительную речь дочь Натальи Агеевны Коровки, словно стараясь прожечь гневным взглядом дырку во лбу Митрохина – уволила Саломыкину, а, она – отличный массажист! Ей, равных нет, не только в нашем городе, но и в области! А, Светлану Вячеславну Длинноус? Длинноус – лучший невролог, ее, вообще, в Москву приглашали, она родителей бросать не захотела, осталась в городе, а ее уволили! С ума сойти! Умеют в нашем государстве разбрасываться кадрами! Безобразие!
Митрохин насторожился – Светлану Вячеславну он знал лично, обращался не раз и оставался, очень доволен. Неужели эта девушка говорит правду и он, Митрохин, едва не женился на женщине, которая так ловко манипулировала не только им, но и его друзьями? А, ведь именно он, Митрохин, рекомендовал ее на должность директора! Вопрос был практически решен и Альбина при помощи своего специалиста по кадрам, подбирала свой собственный, послушный персонал.
Щеки девушки раскраснелись, глаза горели как две звезды, но Митрохин успел приметить и горькую складку над губами, и серые тени на лице.
- Не шуми, дочка, не шуми..- Роман Борисович меня на работу берет – похвалилась женщина и в глазах ее заблестела предательская влага – Не смотря на этот позор в «трудовой» книжке, не знаю, правда, кем..
- Секретарем.. личным.. – поспешил уточнить Митрохин, и пронзительный взгляд уперся в его лицо, точно острый скальпель – С компьютером вы обращаться умеете, а все остальное.. в процессе..
- Секретарем? – непритворно удивилась Ольга (Митрохин уже позволил себе называть девушку просто по имени, правда, только мысленно)- а, как же – попка-ягодка и грудь четвертого размера?