- Хм, - смотрит на меня строгим, пронзительным взглядом, полным равнодушия. Склоняет голову набок, и на его лице мелькает едва уловимая улыбка.
Узнал?
Прячу руки в карманы пальто, сжимая кулаки. Меня трясёт от его взгляда, в котором невозможно прочитать ни единой мысли.
О чём он думает?
Почему просто не назовёт сумму?
- Пятьсот тысяч, - произносит он. – Вот расписка, которую она написала сегодня, - пододвигает лист бумаги к краю стола.
- Сегодня? – хмурюсь, не понимая. Неужели она снова взяла в долг?
Подойдя к столу, подхватываю лист бумаги и скольжу по строчкам. Почерк, несомненно, принадлежит Полине, но вот фамилия…другая. Молодец. Но стоило мне заметить паспортные данные, кровь закипает в венах. Придушить хочется её прямо здесь и сейчас. Если он решит пробить её данные или, хуже того заявить на неё, нам точно будет конец.
- Пусть она отработает долг в клубе, мытьём полов и посудой, - выпаливаю я, и от моей наглости его брови взлетают вверх.
- Дело в том, что я больше не связываюсь с теми, кто меня уже обманывал, - процедил он, не сводя глаз с Полины.
- В следующий раз будете думать, кому и сколько даёте, - огрызаюсь я. Ей всего восемнадцать. Как, по-вашему, она должна вам их вернуть?
- Это уже не мои заботы, - произносит он сквозь зубы, испепеляя меня взглядом. – Я поверил ей, дал денег. А она воспользовалась моей добротой и обманула, да ещё и делилась своей схемой с другой официанткой.
Прикрываю глаза. Как можно быть такой идиоткой?
- У меня нет таких денег, чтобы вернуть долг.
- Знаю, твоя сестра мне тоже самое пропела, - усмехается. - Поэтому долг ты будешь возвращать не деньгами, - отбивает он жёстко, в голосе сталь, будто с трудом удерживает себя от того, чтобы не вырвать мне дерзкий язык.
- Хорошо. Могу хоть завтра приступить. Только скажите, что я должна делать и какой срок?
- Работая в клубе, ты эти пятьсот тысяч будешь отрабатывать… - задумывается, словно просчитывая все плюсы и минусы. - Примерно год. Мне это надо?
- И как же тогда я должна буду отдать вам долг?
- Тебе крупно повезло, что ты в моём вкусе, - произносит он серьёзно, обжигая каждый изгиб моего тела, скрытого под пальто. - Ты будешь принадлежать мне. И делать всё, что я скажу.
- Что? Я не вещь, чтобы кому-то принадлежать.
- Верно. Но станешь ею. Это будет уроком твоей сестре. Пусть в следующий раз думает, прежде чем обманывать людей и пользоваться чужой добротой.
- Вас вообще не смущает разница в возрасте?
- Нет, - усмехается он, кривя губы.
- А если я откажусь?
- Тогда мне придётся заявить на твою сестру, или пусть отрабатывает с моими парнями после ринга. Им просто необходимо снять напряжение после боя. Выбирай.
Поля судорожно хватает меня за руку, сжимая до боли, а я бросаю на неё испепеляющий взгляд.
- Животное, - шепчу одними губами, едва слышно.
Он ухмыляется, ожидая моего ответа, приподнимая бровь в нетерпеливом вопросе.
Закусываю губу до крови, понимая, что выхода нет. Проблемы за проблемой, такое чувство, что они никогда не решатся. Если он заявит на Полю, нас найдут и убьют, как свидетелей.
И тут в голову приходит идея, отчаянная, но дающая шанс решить нашу основную проблему.
- Поля, подожди меня за дверью, - смотрю на неё, давая понять взглядом, чтобы не перечила.
- Хорошо, - отвечает она, а я возвращаю взгляд мужчине.
В его взгляде проскальзывает явный интерес. Когда Поля выходит за дверь, он склоняет голову набок и произносит, словно хищник, предвкушая добычу:
- Я тебя слушаю.
- Я согласна, но за свою девственность я хочу один миллион рублей, из которых пятьсот тысяч я отдам Вам, а остальное заберу себе, - этого должно хватить, чтобы сделать новые паспорта и навсегда улететь из этой страны.
- Аппетиты растут, - усмехается он, откидываясь на спинку кресла. - Решила воспользоваться случаем и поторговаться?
- Вы о чём?
- Я не люблю, когда меня пытаются обвести вокруг пальца.
- Я не пытаюсь вас обмануть. Нам просто нужны деньги.
- Теперь мне понятно, в кого твоя сестра такая продуманная. И много вы уже таких, как я, обработали по своей схеме?
- Какой схеме? – непонимающе смотрю на него.
Он смотрит на меня долгим, изучающим взглядом. В его глазах читается сомнение, но и какое-то странное любопытство. Я чувствую, как щеки заливаются краской от стыда и гнева. Сглатываю ком в горле, стараясь выдержать его пронзительный взгляд.
- Хорошо, - протягивает он хищно, словно решив подыграть мне.