Загорский, услышав такое, возвел очи горе. Выражение его лица говорило ясно – наградил же Бог помощничком!
– Во-вторых, – ничуть не смутившись, продолжал Ганцзалин, – они ужасно ловкие. По горам карабкаются, как обезьяны. Там, где обычная лошадь свалится в пропасть вместе с наездником, индейский пони пройдет совершенно спокойно. И, наконец, они очень выносливые. Вывезут кого угодно, даже господина Верещагина.
– Мерси, – иронически поклонился художник, – очень рад был услышать такой комплимент.
Коллежский советник нахмурился. Положительно, нельзя доверить помощнику даже самое простое дело – он все испортит.
Ганцзалин надулся. Он хотел, как лучше, но если господин считает, что разбирается в лошадях лучше, чем он, то может обменять этих пони на каких-нибудь других.
– Между прочим, – сердито добавил китаец, – я этих пони даже не купил, а взял в аренду. И тем много на этом сэкономил.
– В аренду? – изумился Верещагин. – Как же это мы будем их возвращать? Пошлем обратно почтой?
Ганцзалин отвечал, что у краснокожих все продумано. На любой из ближайших станций они могут найти индейского торговца лошадьми и продать ему этих пони. Возьмет он их, конечно, подешевле, чем заплатили путники, но все же какие-то деньги им все равно перепадут. Таким образом, внакладе не останутся ни они, ни индейцы.
– Да, – сказал Верещагин саркастически, – только лошадьми мы еще не торговали.
Но Загорский лишь рукой махнул. В конце концов, им не на другой конец света скакать, главное, чтобы эти пони действительно смогли их поднять.
– Не беспокойтесь, поднимут, – отвечал Ганцзалин.
И действительно, они вполне комфортно разместились в седлах, и даже мощного Верещагина его маленький скакун выдерживал совершенно спокойно. Только, пожалуй, Нестор Васильевич был несколько высоковат, так что ноги его почти касались земли.
– Вы похожи на Дон Кихота, а мы с господином Верещагиным как будто бы ваши санчо-пансы, – сообщил хозяину очень довольный Ганцзалин.
Тот ничего не ответил на такой сомнительный пассаж, он глядел на мальчика-индейца.
– Как тебя зовут? – спросил Загорский.
– Гроза Бледнолицых, – отвечал тот, дерзко ухмыляясь. Английский у него был вполне приличным.
Улыбнулся и Загорский: у мальчишки было недурное чувство юмора.
– Из какого ты племени?
– Я шошон, – отвечал мальчишка с гордостью.
– Скажи, Гроза Бледнолицых, есть у вас в городе шошоны или индейцы других племен, которые хорошо знают окрестные горы?
– Зачем вам? – спросил парнишка скептически.
– Мы бы взяли такого человека проводником и заплатили ему хорошие деньги…
Мальчишка смотрел на Загорского с каким-то странным выражением на лице. Наконец он спросил, как далеко хотят бледнолицые углубиться в горы? Нестор Васильевич отвечал, что они двинутся на юго-восток, в сторону Гранд-Джа́нкшен.
– А зачем вам Гранд-Джанкшен? – насторожился юный индеец.
Загорский на миг замешкался с ответом, и его опередил Ганцзалин.
– Мы горные инженеры, – заявил он, очень довольный собой. – Едем разведывать месторождения золота.
Лицо юного индейца дрогнуло.
– Он пошутил, – быстро сказал коллежский советник, бросая на помощника грозный взгляд. – Мы простые охотники. Так ты возьмешься быть у нас проводником?
Гроза Бледнолицых покачал головой: нет, туда их не поведет ни он, ни любой другой индеец, и ни за какие деньги притом. Верещагин и Ганцзалин озадаченно переглянулись.
– Но почему нет? – спросил коллежский советник.
– Бледнолицым туда нельзя, – коротко отвечал мальчишка. – Там их ждет смерть – ужасная и неотвратимая.
Сказав так, он отвернулся и молча пошел прочь. Китаец и Верещагин провожали его озабоченными взглядами.
– Какого черта, Ганцзалин?! – не выдержал Загорский. – Кто просил тебя называться горным инженером?
– А что такого? – пожал плечами помощник. – Или надо было сказать ему правду?
Но коллежский советник не смягчил сурового тона. Сто раз он говорил, что переезжая в новую страну, надо непременно готовиться, изучать всю возможную литературу на этот счет. Но помощник его не слушает, и вот они опять оказались в луже!
– Да в какой луже, говорите яснее! – возопил китаец.
Объяснение оказалось довольно простым. Как известно, бледнолицые сгоняли индейцев с их исконных территорий и отправляли в резервации. Причиной такой жестокости часто становилось открытие на индейских землях месторождений золота, серебра или других полезных ископаемых. Случалось, что одно и то же племя переселяли с места на место несколько раз, не давая толком обжиться и закрепиться. Именно поэтому индейцы с таким подозрениям и даже ненавистью относятся к золотоискателям и всякого рода землемерам и инженерам – они понимают, что если откроют новое месторождение, их снова сгонят с земли, которую они только-только начали обживать. Вот в чем причина того, что Гроза Бледнолицых отказался идти с ними, а не какое-то там индейское проклятие.