И тогда, решив, что мы уже достаточно насмотрелись, сержант дал команду приступить к боевым действиям. Мы резко выросли над частоколом, направив в сторону тварей два взведенных мушкета и зараженный арбалет. Жаблаки, возбуждённо заквохтав, с шипением раззявили пасти. Нижние челюсти опустились едва ли не до середины груди, горловые мешки вздулись огромными пузырями. Жабы зашипели, заквакали, угрожающе обнажая громадные зубы и вскинув вверх длинные лапы со скрюченными когтями. Ребята оказались не из пугливых и явно не собирались задать стрекача, показав нам на прощанье свои пупырчатые зелёные задницы!
— Эгей, залетные! — зычно гаркнул Корнедуб, стискивая рукоять вытащенного из ножен меча. Седые усы ветерана топорщились в боевом азарте. — Кто такие и пошто людёв пугаете?
— Не думаю, что эти жабомордые парни соизволят нам ответить, сержант, — осторожно заметил я, уткнув лезвие меча в дощатый настил и положив руки на крестообразную гарду. Мой Грифон согласно заворчал, мелко царапая меня горячими коготками.
— Предупреждаю только раз. Если вы сейчас возвернетесь обратно в лес, то останетесь живы. Если, конечно, в ваших головах есть хоть немного мозгов. И обещаетесь больше никогда из своих дебрей не вылазить. Живущие здесь люди обычаи предков чтут и с лесом не ссорились.
Выходит, Корнедуб тоже сомневался о принадлежности этих антропоморфных лягушек к иномирной нечисти. С той бы он ни в какие переговоры не вступал. Сразу бы отдал приказ палить из мушкетов и арбалета, а затем прыгать вниз, добивать оставшихся. А с этими решил политесы разводить.
И, как выяснилось спустя буквально секунды, совершенно зря. Эти пупырчатые, бородавчатые страхолюдины, тупо буравящие нас выпуклыми бельмами, как оказалось, плевать хотели на всякие слова о добрососедстве и порядочности. Они приходили сюда с конкретной целью. И после слов сержанта проявили ее в полной мере.
Они пришли убивать.
Стоящий прямо по центру скалящейся стаи земноводных монстр, самый крупный, с огромным белесым брюхом и непомерно раздутым горловым мешком, вдруг резким скачком прыгнул вперёд, чуть присел, опираясь передними лапами в землю и раззявливая пасть. Меж игольчатых зубов склизкой молнией стремительно вылетел длинный, эластичный язык, словно неимоверно длинное и гибкое кнутовище. Я даже опешил, поскольку ну никак не ожидал, что такой отросток может уместиться в горле этой твари.
Хлясть! Вожак словно знал, в кого метить! В самого слабого и неопытного из всех нас. Огромный, сочащийся вонючей слюной язычище захлестнул целившегося в чудищ из арбалета Влада за шею и резким рывком сдёрнул со стены. Никто и глазом моргнуть не успел, до того быстро это все произошло. Несмотря на явную неуклюжесть и нелепый вид, эти существа были невероятно быстры, а их реакции можно было только позавидовать. Ну а дальше раскинувшаяся над Латкой ночь просто взорвалась какофонией моментально завязавшегося боя.
Глава 5
Уже падая со стены, захлёстнутый липким чудовищным языком, Влад успел нажать на пусковую скобу. Металлическая тетива арбалета тренькнула и стальной болт почти по самое оперение вонзился в лоб одной из квакающих внизу тварей. Жаблак квакнул ещё громче и, удивлённо выпучив и без того огромные глазищи, мягко осел на землю.
Сразу же, сливаясь в один, громыхнули два мушкетных выстрела. Бах! Бах! И каждая тяжёлая пуля нашла свою цель. Одной образине пробив пупырчатый череп, второй разворотив грудь. От звука выстрелов в деревне переполошились все отсиживающиеся по будкам собаки. Поднялся несусветный надрывный лай, псам вторила томящаяся в сараях скотина. Рядом со мной благим матом, едва не оглушив, заорала ещё одна скотина — Фома.
— Перезаряжай! — громко взревел Корнедуб. — Головы беречь!
И сам ловко полоснул мечом, отсекая кончик едва не доставшего его языка ещё одной атакующей твари. Я же, пригнувшись от просвистевшего надо мной гибкого мерзкого хлыста, так же наотмашь рубанул мечом, на возврате отхватив солидный кусок вонючей плоти.
Сгрудившиеся под стенами жабомордые монстры оглушающе заквакали, угрожающе раздувая горловые мешки и стреляя в нас длиннющими языками. Три их товарища лежали хладными трупами, ещё двое пострадавших яростно шипели от боли, мотая головами и разбрасывая капли белесой крови. Но остальные и не думали улепётывать. Они ловко прыгали вперёд и вверх, и без устали метали в нас языки, широко раскрывая чудовищные оскаленные рты.
Несчастного Влада, сдёрнув со стены, протащило несколько метров по земле и втянуло в бездонную разверстую пасть вожака ночных чудищ. Монстр заглотил моего сослуживца, как уж лягушку. На его счастье, к тому моменту он уже был мертв. Когда Часовой упал под крайне неудобным углом и ударился головой о землю, его шея хрустнула как сухая ветка. И огромный раздувшийся монстр, упершись в землю всеми четырьмя лапами, подтаскивал у себе уже мёртвого человека.