На секунду бледное вытянутое лицо Рыкова осветила злобная радость, словно он только и ждал повода вступить в перепалку с местными. Но снова усмехнувшийся Кулагин, не давая ему и слова сказать, жестко молвил:
— Я понимаю, что у вас и без нас полно работы, капитан. Служба есть служба. Не хотелось бы и дальше отрывать вас от нее. Думаю, нам стоит пройти в ваш кабинет и посвятить один нам час на обсуждение плана проведения проверки и прояснения некоторых волнующих меня моментов. Согласуем некоторые детали и более я не посмею вас тревожить. Об остальном мы позаботимся сами. Договорились?
Кречет с достоинством чуть склонил коротко стриженную голову и проговорил:
— Повторюсь, граф. Сочту своим долгом оказать вам самое полное содействие. Цитадель полностью для вас открыта. Любые двери и помещения. Если вам только что-нибудь понадобится или же возникнут вопросы, сразу же дайте мне знать.
Удовлетворённый, Василий Кулагин благодарно улыбнулся. Но капитан Тринадцатого Корпуса отчётливо понимал, что за внешне доверительной и располагающей улыбкой следователя из Особого отдела скрывается дремлющая до нужной поры ярость затаившегося волка, готового в любой момент вонзить клыки тебе в горло и сжать челюсти. Никому из прибывшей на «Константине» троицы нельзя было доверять. Никому. Каждый из них был в той или иной мере опасен.
Кашлянув, всеобщее внимание привлек опоясанный алым шнуром кряжистый чародей. Врочек густым, рокочущим голосом произнёс:
— Помимо прочего, я бы очень хотел осмотреть лаборатории и обители корпусных чародеев…
— Наш лучший волшебник мастер Рогволд с удовольствием вам покажет все относящиеся к его ведомству места, — не колеблясь, ответил командующий Тринадцатой Стражей. — Никаких проблем, магистр.
Рогволд, натянуто оскалившись, степенно опустил подбородок:
— Почту за честь лично всё показать волшебнику такого высокого уровня, как вы, магистр.
— В таком случае, у меня нет больше вопросов.
Кречет, обведя всех широким жестом, подытожил:
— Господа, прошу всех пройти в мой кабинет. Обсудим последние детали и не будем мешать друг другу работать.
Сухо усмехнувшись, Кулагин сказал:
— Кажется, мы начинаем приходить к взаимопониманию.
Барон Вениамин Рыков выглядел явно расстроенным.
Глава 13
Путешествие в прошлое. Взгляд в глубины давно минувших дней. Возможность из первых уст узнать о страшном времени и канувшей в небытие эпохе, когда разразилась страшная война между Ковеном и государством людей.
Когда-то давно, в другой жизни, и в другом мире, будучи ещё ребёнком я, бывало, мечтал о машине времени. Вернуться назад, многое изменить. Или же увидеть своими собственными глазами то, что спустя года, неизменно искажается, намеренно или непроизвольно, обрастает домыслами и фальшью. И чем больше лет проходит от того или иного события в прошлом, тем больше недостоверным и сомнительным оно становится в настоящем.
Доставшаяся мне в наследство старинная тетрадь, первые строки в которую были вписаны еще сто лет назад, стала для меня пусть и не машиной времени, но маленькой потайной дверцей. Приоткрыв которую, я приобрёл возможность увидеть многое из того, что происходило тогда. И о чем сейчас или не говорили, предпочитая замалчивать, или же преподносили совершенно в ином свете.
Учебники истории пишутся и переписываются. Зачастую, как удобно тем, кто этот процесс возглавляет. Происходит подмена понятий. Черное становится белым и наоборот. Коверкаются целые исторические пласты.
Я сейчас держал в руках воистину уникальный документ, написанный лично рукою моего прадеда, Великим герцогом Владимиром Бестужевым, и повествующий о том далёком времени, когда Великорусская Империя только-только столкнулась с доселе неизвестным, сильным и опаснейшим врагом: легионами чудовищных тварей, нечисти, хлынувшей в мир людей.
После ужина я, наспех распрощавшись с домочадцами, поспешил вернуться в отцовский кабинет. Сознательно не стал идти в спальню. Этой ночью мне не хотелось более никого видеть. Дневник моих предков манил меня почище иных радостей жизни. Я торопился открыть его, и с головой погрузиться в мысли давно умерших людей, готовых поведать мне много интересного и правдивого. Что-то мне подсказывало, что этой ночью я так и так не смог бы уснуть. И поэтому предпочёл уютный кабинет и старое продавленное кресло спальни и широкой кровати. Память дедов вместо полуночной болтовни с сестрой.
Алиса, немного обидевшись, клятвенно пообещалась, что завтра целый день с меня не слезет. Игнат же, проводив задумчивым взглядом, не вымолвил и слова.