Мы храним свою славу, мы помним о том,
Что боятся по-прежнему русских враги,
Что наш долг - отстоять для детей отчий дом! (2.)
Стоя друг напротив друга, мальчишки смотрели каждый в глаза другого пустым взглядом. Они не ощущали ладоней Михала Святославича, лежащих у них на плечах, да и голоса его, глуховато читавшего строчки стихотворения, не слышали, и вряд ли были здесь вообще - их сознание витало где-то далеко, в неизвестных краях, куда не каждому доведётся попасть - и не каждый попавший запомнит то, что видел.
- Вернитесь, - негромко, но повелительно сказал лесник, чуть сжав плечи мальчишек. Они вздрогнули, глаза обрели осмысленность. - Сейчас - домой и спать. Завтра мы вы-езжаем.
* * *
___________________________________________________________________________________________________________________
1. Подвижный тренажёр, отвечающий на неправильные движения тренирующегося сильными ударами. 2. В качестве меди-тативного текста использованы стихи И.Маслова.
189.
Поезд пришёл в Друю практически в полночь.
Валька и Витька соскочили на перрон первыми. Следом неспешно спустился Михал Святославич. Было темно, сыро и ветрено. Кое-где лежал снег, как бы напоминая, что апрель - это всё-таки не лето, да и не весна почти. Мальчишки вздёрнули воротники на-детых на свитера тонких плотных ветровок, отогнули "уши" егерских кепи, поправили рюкзаки, осматриваясь.
- Там Двина? - махнул рукой Валька в ту сторону, где пробегали волны стеклянных отб-лесков. Михал Святославич молча кивнул и направился к бетонной лесенке, уводившей с перрона вниз, на прямо тут же начинавшуюся улицу - мимо небольшого вокзального зда-ния.
Они довольно легко поймали такси - на площади за вокзалом стояли явно частники.
- На турбазу, знаете? - сказал Михал Святославич немолодому водителю, садясь на пе-реднее сиденье, рядом с ним.
- А то, - безразлично отозвался водитель, запуская мотор. - Сейчас доедем.
Больше он не произнёс ни слова - крутил баранку. Михал Святославич сидел, углуб-лённый в свои мысли.Мальчишки смотрели в окна, за которыми плавно появлялись и скры-вались в темноте пустынные улицы. Потом начались всё ещё голые деревья, но в лучах фар становилось на миг отчётливо видно, что каждое дерево окружено зеленоватым лёгким ореолом. Минут через десять мелькнул простенький указатель на русском языке
Турбаза "Волчья"
Охотхоз РБ
- Ну вот, - водитель остановился перед решётчатыми воротами. - Дальше по путёв-кам.
Он так и уехал, больше ничего не сказав и вообще ни о чём не спросив. Мальчишки, держа на плече рюкзаки, спокойно осматривались. Михал Святославич, достав мобиль-ник, набрал какой-то номер.
- Алё?.. Ну а тэ ж! Я стою у твоих негостеприимно запертых ворот... Да, уже... Ага, жду... - он отключился и глубоко вдохнул сыроватый ночной воздух. - Слышите, парни? - вдруг весело спросил он. - Весна!
* * *
Ночью влупил дождь. Влупил так, что Валька проснулся от шума и подумал: начи-нать дело, отправляться в путь в дождь - к удаче. Он не знал, просыпался ли Витька, а в следующий раз открыл глаза, когда в комнате было уже светло и Михал Святославич стучал в дверь:
-- Вставайте, ребята.
Дождя не было. Было солнце. За ночь смыло последние остатки снега, лужи сияли, и широкая река за чёрными деревьями казалась ртутной от блеска. В комнате оказалось холодно, даже очень - только что пар изо рта не шёл.
-- К-колупени на комонях, - выдал нечто старославянское Витька, садясь на постели. И
с чувством добавил: - М-мерзость.
Кажется, хотел сплюнуть, но передумал и стал одеваться.
-- Какие колупени? - заинтересовался Валька, пристраиваясь к умывальнику. - Снилось
тебе, что ли?
-- Ничего мне не снилось, давай, одевайся.
Мальчишки вытащили из рюкзаков сменку - лягушачьего цвета свитера с кожаны-ми наплечниками, егерские нижние штаны, камуфляжи, ветровки - тоже камуфлирован-
190.
ные, тонкие, с капюшонами,ботинки-вибрамы с лёгким верхом на мягкой подошве, маски-ровочные кепи, тонкие кевларовые перчатки. Прежнюю одежду затолкали в рюкзаки и оставили их в знак протеста в отношении температурного режима прямо на неубран-ных кроватях.