Зал раскачивало. Валька смеялся губами, продолжая распевать:
Он вскинул руку под последний аккорд. Девчонки в зале завизжали точно как в России. Валька сунул микрофон в крепление и опять спрыгнул в зал, успев заметить, что Витька высоко поднимает руку с отставленным большим пальцем, а Алька просто машет и смеётся…
…Видно было, что все уплясались. Продолжали, правда, ещё покачиваться под безпредметную музыку, но так — вяловато. Валька понял, что пора заканчивать. Но ему хотелось закончить… да. Вот!
Вернувшись на сцену, он пошептался с массовиком. Тот кивнул, повёл рукой — сейчас всё сделаем. Взяв микрофон, Валька встал, расставив ноги пошире, в центре сцены, поднёс микрофон ко рту обеими руками.
Грянула и взвилась необычная, нетанцевальная музыка. Зал замер. И в эту мгновенную тишину ударил голос мальчишки:
… — Нам — жить! — пел Валька:
Зал слушал. Слушали, обнявшись, мальчишки и девчонки. Слушали учителя у дверей и вдоль стен. А Валька, закончив, повёл рукой и…
И зал вдруг откликнулся глухим сильным многоголосьем:
… — Ну ты дал! — Витька перегнулся с заднего сиденья. — Ну ты… Валь, ты чего? Ва-аль?..
— Тише, — Михал Святославич смотрел, как мелькают, качаются и кланяются за окном джипа чёрные ветки. — Они спит.
Сквозь сон Валька услышал, что идёт дождь. Как он начинался — Валька не слышал и, когда шуршащий звук вторгся в сон, понял: почти выспался. Но открывать глаза не хотелось, под одеялом было тепло и уютно, особенно уютно от понимания того, что за стенами кордона идёт дождь. Кажется, он всё-таки стал засыпать опять, но его потрясли за плечо, и негромкий голос Витьки произнёс:
— Валёк, Валька. Валька. Вставай.
— Сейчас, — пробухтел Валька, надеясь, что Витька сам отстанет. Но тот опять потряс Вальку за плечо:
— Валь, вставай.
— Ну чего тебе? — Валька привстал на локте и только потом открыл глаза.
В комнате было сумрачно, хотя Валька и ощутил каким-то чутьём, что уже не так рано. За окном в таком же сумраке горели огни рябин, ставшие, казалось, ярче со вчерашнего дня. Небо — серое, низкое — сочилось дождём, бесконечно падавшим вниз, но стекло окна оставалось чистым — ветра не было, дождь не попадал на него. Витька — уже почти одетый — стоял возле кровати и смотрел недовольно.
— Ты чего? — Валька широко зевнул, прикрыв ладонью рот. Витька сердито ответил:
— Договорились же.
— А, да! — Валька поспешно сел. — Я сейчас. Я просто так разоспался… А Михал Святославич встал? Белка опять с собой взял?