Рейлинд стояла в коридоре, прислушиваясь, пока до нее не донесся тихий звук закрывшейся за Мериел двери, а затем быстро вернулась в свою комнату и оделась. Ее темно-синее платье казалось чересчур элегантным для того, что она задумала, но до стирки оставалось еще два дня, и это было последнее чистое платье. Еще на прошлой неделе Рейлинд попросила бы прачку постирать ее одежду, не считаясь с ритмом жизни замка и первоочередными обязанностями женщины. Теперь, побывав в ее шкуре, девушка знала, что станет прибегать к подобным просьбам только в случае острой необходимости, а не руководствуясь личными прихотями.
Проведя щеткой по своим длинным волосам, Рейлинд задумалась, не заплести ли их в косу, но тут же отказалась от этой идеи.
Это заняло бы слишком много времени. К тому же, хотя в основном волосы высохли, местами они все еще были влажными. Сунув ноги в туфли, Рейлинд покинула башню через горизонтальную бойницу, которую показала ей Бренна.
Проработав всю неделю в деревне, Рейлинд была уверена в том, что смогла бы найти дорогу, даже если бы стоял туман. Но когда дома остались позади, она поняла, как ей повезло с погодой. Ночь была ясной, и все вокруг освещала почти полная луна. Прохладный ночной воздух сменил удушающую влажность, и ветер был довольно свежим. Было еще тепло, хотя для того, чтобы не замерзнуть, было необходимо двигаться.
Подойдя к озеру, Рейлинд начала искать место их недавнего пикника. Она надеялась, что после происшествия с дикой кошкой Креван не перебрался спать в какое-нибудь другое место. Рейлинд вышла на поляну и с облегчением вздохнула, увидев небольшой костер, а рядом с ним — крупный силуэт Кревана, подложившего под голову согнутую в локте руку.
Рейлинд сделала еще один шаг, и Креван уловил шорох листьев и треск веточек у нее под ногами.
Он резко повернул голову в ее сторону.
— Кто здесь? — крикнул Креван, обращаясь к нерешительно застывшей тени.
Он был убежден, что это не Крейг и не кто-то из солдат — шаги были слишком неуверенными и легкими. Никто из женщин не знал, что он здесь, а Лорел еще не вернулась. Это мог быть Оби или даже старший конюх Нил, но оба мужчины были немолоды и ложились спать довольно рано. Креван все еще мысленно перебирал варианты, пытаясь понять, кто бы это мог быть, когда в круге отбрасываемого костром света появилась Рейлинд.
На мгновение Кревану показалось, что это плод его воображения. Он часто представлял себе Рейлинд. В его мечтах она с распростертыми объятиями приходила к нему среди ночи, но это видение было гораздо реальнее всего, что до сих пор рисовало ему воображение. Кроме того, в мечтах она всегда улыбалась, а лицо приближающейся к нему девушки хотя и не было сердитым, но и приветливости не излучало. Плотно сжатые губы и сведенные в одну линию брови выражали одновременно множество эмоций — страх, тревогу, печаль, страдание. Креван не мог понять, какое из этих чувств является основным, но взятые все вместе они означали, что Рейлинд пытается решить проблему. Он только надеялся, что это не та же самая проблема, которую он обдумывал с тех пор, как они с Крейгом получили в высшей степени загадочное описание перемен, происходящих в клане Шеллденов.
В замок со своими товарами приехал один из фермеров Шеллденов. Он почти ничего не знал ни о племяннике лэрда, приехавшем в гости с равнины, ни о том, что происходит в замке Кайреох. Фермер только сказал, что, хотя поначалу Сирик пришелся не ко двору, постепенно многие, включая лэрда, начали менять о нем свое мнение. Такой вариант развития событий Кревану с самого начала казался наименее вероятным, хотя именно его он больше всего опасался.
Если бы Сирик каким-то образом доказал, что обладает способностями, позволяющими ему возглавить клан, то, вероятнее всего, Рэй Шеллден поддержал бы идею короля, предложившего женить его на Рейлинд или Мериел. Кревану казалось, что выбор падет на Рейлинд, поскольку она лучше сестры подходила на роль супруги следующего лэрда. Он считал это абсолютно неприемлемым, о чем и сообщил Крейгу. Крейг ответил ему, что Рейлинд бывает несносной и отпугнет Сирика, заставив его переключиться на Мериел. Но в этом случае уже Крейг не собирался позволить совершиться этому браку и до конца своих дней обречь себя на страдания.
Оставалась лишь одна возможность, та самая, от которой все четверо отреклись в самом начале всей этой щекотливой ситуации. Они могли вступить в брак. Креван поклялся, что, если такая проблема возникнет, она будет касаться исключительно Рэя Шеллдена и никого более. Никто не мог заставить его жениться. Но все это было раньше. Сейчас он пытался проанализировать ситуацию со всех сторон и обнаружить какую-либо иную возможность. Но пока что ему ничего не удалось придумать.