Он поцеловал изгиб ее груди, и девушка почувствовала, как его руки обвились вокруг ее стройного тела, сладострастно сжали его в объятиях, а затем медленно заскользили вниз. Затерявшись в языках жидкого пламени, Рейлинд затаила дыхание, когда Креван начал поглаживать ее бедра. Она помнила, что он сделал с ней в прошлый раз, и, понимая, что жаждет именно такого облегчения, выгнула спину в предвкушении его прикосновений.
Вверх-вниз, ближе, ближе… Кончики его пальцев дразнили ее. Кровь закипала у Рейлинд в жилах, а колени дрожали от изнеможения. Все ее тело трепетало, и наконец пальцы Кревана нащупали покрытый шелковистыми волосками бугорок у нее между ног. Они замерли, и очень скоро девушка поняла, что тяжести его ладони уже недостаточно. Судорожно стиснув пальцами расстеленный на траве плед, она инстинктивно приподняла бедра ему навстречу, требуя большего.
— Креван, пожалуйста! — взмолилась Рейлинд.
— Тс-с-с… — прошептал он ей на ухо, но выполнил ее просьбу и коснулся ее в самом интимном месте.
Рейлинд резко выдохнула. Желание, словно пожар, пронеслось по ее телу, воспламеняя ощущения, с которыми Креван только начинал ее знакомить, но которых она уже жаждала всем своим существом. Он медленно прикоснулся к ней одним пальцем, затем вторым, открывая ее все шире и чувствуя, как она раскачивается, стремясь навстречу его руке.
Креван улыбался, дразня кончиком пальца краешек ее изнемогающей влажной сердцевины. Ее ничем не сдерживаемый отклик превзошел все его ожидания. Он неспешно и с наслаждением исследовал свои новые владения, обнаруживая потаенные уголки и заставляя девушку трепетать от желания. Рейлинд была горячей и влажной. Она была готова. И принадлежала ему.
Ее женский запах кружил Кревану голову, заставляя его желать ее все сильнее. Он продолжал дразнить Рейлинд, касаться ее, играть с ней, поглаживая ее сокровенную плоть, пока она беспомощно извивалась под ним и кричала, требуя большего. Никто не устоял бы перед этим неистовым призывом. По мере того как нарастала бессознательная мольба ее тела, Креван приближался к собственному удовлетворению.
Расположившись у Рейлинд между ног, он продолжал свою игру, пока девушка не вскрикнула громко и отчаянно:
— Пожалуйста… пожалуйста… Креван!
Креван улыбнулся и начал двигать бедрами, позволяя своему возбуждению тереться о ее горячие влажные складки. Сжав одну грудь девушки, он снова прижался к ее губам в глубоком поцелуе.
— Тебе нечего бояться, — прошептал он ей на ухо. — Доверься мне, любимая. Больше никогда во мне не сомневайся.
Рейлинд тонула в чувственных волнах. Она слышала голос Кревана, его обещания и заверения, но все, что она могла произнести в ответ, было слово «пожалуйста». Девушка находилась на грани чего-то неведомого, и только Креван мог ей это предоставить. Рейлинд точно знала: откажи он ей сейчас, и она погибнет.
Она ощутила его ладони у себя на бедрах. Креван приподнимал ее, одновременно раздвигая ее ноги, а затем начал входить в нее. Но внезапно он остановился.
— Рейлинд… открой глаза.
Кончик его мужского естества едва касался ее женской сути, но Креван отказывался проникать дальше.
— Рейлинд… посмотри на меня.
Эта просьба наконец проникла в ее затуманенное страстью сознание, и она сделала то, о чем он ее просил. Одновременно инстинкт взял свое, и девушка изогнулась, вынудив Кревана одним стремительным движением скользнуть вглубь. Острая боль пронзила все ее тело. Рейлинд закрыла глаза и издала испуганный возглас. Она такого не ожидала, несмотря на то что ее служанка много лет назад рассказала ей о том, чего следует ожидать от свидания с мужчиной. Но о чем служанка знать не могла, так это о размерах Кревана. Он был большим. Очень большим. Он открывал ее, растягивал, высвобождая пространство для себя внутри ее тела.
Собрав жалкие остатки самообладания, Креван замер, позволяя Рейлинд приспособиться к нему, прежде чем он двинется дальше. Боль, столь отчетливо читавшаяся на ее лице в то мгновение, когда он в нее проник, вскоре исчезла, и Креван уже не мог сдерживаться.
Заниматься любовью с Рейлинд было все равно что входить в ворота рая. Она была такой теплой и мягкой, что он уже не мог выносить мучительное пульсирование в чреслах. Креван не мог остановиться и попытался хотя бы замедлить движения. Но с каждым толчком Рейлинд встречала его все с большей готовностью.