— Я… — начала она, но испуганно умолкла, когда его пальцы стиснули ее кисть еще сильнее.
Если солдат и знал, как крепко держит Рейлинд Креван, он ничего не сказал, а продолжал молча смотреть ему в глаза. Через несколько секунд мужчина кивнул, слегка пожал плечами и отправился догонять своих приятелей, успевших за это время пересечь двор. И он, и Креван знали, что если бы он не ушел, то получил бы гораздо больше, чем простой удар в челюсть.
Когда своенравный солдат отошел достаточно далеко, а нижний зал опустел, Креван ослабил хватку.
— Зачем тебе понадобилось ставить мне синяки? — возмущенно поинтересовалась Рейлинд, рывком высвобождая руку.
Буря в душе Кревана еще не улеглась. Взбешенный подобной наивностью, он резко развернулся к ней.
— Мне не пришлось бы этого делать, если бы ты вела себя как взрослая женщина, которая понимает, что играет с огнем.
Зеленые глаза Рейлинд затуманились от неожиданно пронзившей ее боли.
— От кого, по-твоему, ты меня защищаешь, если единственный мужчина, рядом с которым мне угрожает опасность, — это ты?
Двери кухни распахнулись, и на северную часть двора упал свет. Рейлинд ощутила на себе встревоженный взгляд сестры, но не нашла сил произнести что-нибудь ободряющее. Вместо этого она развернулась и зашагала прочь, направляясь к Северной башне.
Креван провожал девушку взглядом, пока она не скрылась за дверью массивной круглой башни. На его непроницаемом лице не было и следа от тех эмоций, которые он похоронил глубоко внутри себя. Рядом неподвижно замерли его брат и «невеста», изумленно глядя на него. Креван знал, что очень скоро Крейг потребует объяснений.
— Mo Creach! — выругался Креван и стремительно вышел из замка через главные ворота.
Крейг проглотил непрожеванный кусок мяса и перевел взгляд на Мериел. Ее улыбка исчезла, а заразительный смех стих в ту самую секунду, когда Креван прикрикнул на Рейлинд. Оба слышали резкости, которыми обменялись на прощанье их брат и сестра, но ни один не мог понять их причину.
— Может, им стоит держаться подальше друг от друга? — наконец предположил Крейг.
Мериел кивнула.
— Как можно дальше.
Креван энергично тряхнул головой, выходя из озера. Брызги холодной воды разлетелись далеко в стороны. Несмотря на время года и несколько недель летнего тепла, озеро по-прежнему было холодным, поскольку питающие его реки брали начало еще выше, в горах Торридон, расположенных к северу от земель Мак-Тирни. И все же ледяная вода ничуть не помогла Кревану снять возбуждение, струящееся по его жилам.
Подхватив рубаху, оставленную на берегу, он натянул ее через голову и начал оборачивать вокруг бедер плед, как вдруг услышал чьи-то шаги, приближающиеся к уединенному участку берега, на котором он расположился. Только один человек мог знать, где его искать. Секунду спустя из леса появился Крейг. Не говоря ни слова, он приблизился к пледу, разложенному на земле Креваном, и начал расстилать рядом свой.
Креван нахмурился, но промолчал. Подобрав свои вещи, он подошел к пледу. Креван не стал присоединяться к солдатам, ночующим в сторожевой башне или в учебных полях, потому что хотел побыть один. Впрочем, ему следовало знать, что, увидев, как он потерял самообладание, Крейг все равно его разыщет. Бросив меч и кинжал на мягкую траву рядом с темной тканью, Креван лег, положив голову на локоть, как на подушку, и приготовился выслушать вполне заслуженную отповедь о своей жестокости к невесте Крейга.
Крейг сделал глубокий вдох. Своим молчанием брат ясно давал ему понять, что не собирается ни извиняться, ни оправдываться. Поэтому Крейг протяжно выдохнул и опустился на одеяло. Он сидел, опершись локтями на согнутые колени, и пытался разобраться, почему Креван и Рейлинд так не любят друг друга. Пока разгадка от него ускользала, но после последней ссоры, свидетелем которой он только что стал, он решил, что будет лучше, если эта парочка станет избегать друг друга.
Любого горца было очень трудно убедить не только что-либо сделать, но в равной мере и не делать этого. Что уж говорить об одном из его братьев? А Креван, долгие годы терпевший насмешки окружающих, и вовсе обзавелся чувством собственного достоинства, превосходившим гордость всех остальных братьев, вместе взятых. Он также научился игнорировать все, чего не хотел слышать.
Внезапно Крейга осенило. Голько один человек мог убедить Кревана изменить свой стиль общения с Рейлинд. Крейгу предстояло каким-то образом заставить Кревана потолковать с самим собой.