— Я был неправ, — начал Крейг, мысленно улыбаясь, потому что был уверен: эти три слова лучше любых других привлекут внимание его брата к тому, что он говорит. По крайней мере, Креван его услышит. — Иметь дело с Рейлинд должен был я, а не ты.
Крейг замолчал. Креван тоже не произнес ни слова, но Крейг знал, что брат его слушает. В противном случае он уже отвернулся бы от него и лег на бок. Но Креван этого не сделал. Крейг поднял какую-то палку и начал что-то рисовать на земле.
— Рейлинд хорошенькая. Она намного красивее большинства девушек. Но она также упряма и часто ведет себя как ребенок. Я понимаю, что она может раздражать человека, предпочитающего тихих и скромных женщин, не стремящихся высказать свое мнение по любому поводу.
Крейг снова сделал паузу, давая брату возможность что-нибудь ответить, но Креван упорно молчал. Тем не менее он продолжал лежать на спине. Расценив это как обнадеживающий знак, Крейг продолжил:
— Наверное, нам повезло, что ее женихом считаюсь я, а не ты, потому что после того, что ты сегодня сказал, Рейлинд, наверное, вообще больше никогда не захочет тебя видеть. — Крейг тихо усмехнулся и развернулся, в упор глядя на Кревана. — Но ты ведь этого и добивался… верно? Ты хотел, чтобы она оставила тебя в покое и держалась от тебя подальше? Я угадал?
Молчание.
Крейг пожал плечами и отвернулся.
— Я хочу сказать, какая на самом деле разница, ладите вы с Рейлинд или нет? Меньше чем через месяц она вернется домой, где сможет выйти замуж за того, кому ее независимость будет по душе, либо за того, у кого хватит мудрости не пытаться ее переделать. А до тех пор, возможно, вам с ней стоит просто воздержаться от общения. В тех случаях, когда это будет невозможно, обещаю больше не устраняться и исполнять роль посредника.
Крейг сделал глубокий вдох и потянулся, надеясь, что брат поверит в его искреннее желание помочь и примет его предложение. Он встал и посмотрел на Кревана, который продолжал лежать на спине. Его глаза уже были закрыты, и за все это время он не шевельнул ни одним мускулом. И хотя Креван дышал ровно и размеренно, в глубине души Крейг знал, что его брат не спал и слышал каждое слово.
Решив, что он сделал все, что было в его силах, Крейг сложил плед.
— Я иду в поля к солдатам. Там воздух свежее, а здесь слишком влажно и нечем дышать. Поговорим завтра.
Оставшись наедине с собственными мыслям», Креван прислушался к шороху шагов брата и тихому треску веток у него под ногами. Затем Крейг вскочил на коня и уехал прочь.
Креван знал, что его брат пытался помочь ему справиться с гневом на Рейлинд. Крейг даже признал свою ошибку, и это означало, что больше всего на свете он желает положить конец всем этим «боевым действиям». Проблема заключалась в том, что Креван злился не на Рейлинд, а на себя.
Впечатление, которое она на него производила, его обескураживало. Крейг был прав: Рейлинд ничем не напоминала женщин, общества которых он, Креван, обычно искал. Ко всему прочему, когда он с ней общался, сдержанность и самообладание, на выработку которых он потратил долгие годы, куда-то улетучивались. Приходилось всеми силами избегать общества Рейлинд, не дожидаясь нравоучений брата. Но на протяжении нескольких последних месяцев Креван поступал совсем наоборот.
Рейлинд ничего не знала о действенных методах ведения замкового хозяйства, но, во всяком случае, она взвалила на себя эту ответственность, а размеры Кайреоха делали ее задачу чрезвычайно сложной. Поначалу Креван испытывал лишь восхищение ее мужественными усилиями и умением дать отпор в ответ на критику. Но последние пару дней эта девушка занимала все его мысли. Это было совершенно ему несвойственно! Свалить все на поцелуй было бы слишком просто. Креван лобзал многих женщин, большинство из которых, в отличие от Рейлинд, умели целоваться. В прошлом ему удавалось без труда разделять свои ощущения и тех, кто был их источником. В отношениях с женщинами Креван руководствовался рассудком, а не эмоциями, и ему снова хотелось взять свои чувства под контроль.
Кревану было жизненно важно вернуть себе самообладание. Тогда он снова сможет стать прежним. Для этого необходимо было изгнать Рейлинд из мыслей. А чтобы это произошло, он должен был с ней встретиться. Вместе они смогут спокойно обсудить свои отношения и те два поцелуя, которыми обменялись. После того как они с Рейлинд согласятся с тем, что все это ровным счетом ничего не значило и больше повториться не должно, напряжение между ними рассеется к их обоюдному облегчению.