— Скажи мне, как, изучая карты, ты умудряешься производить столько шума?
Не успела она затронуть его любимую тему, как Конан снова преобразился. На этот раз перед ней стоял восторженный юноша.
— Когда я пытаюсь решить какую-то задачу, я хожу туда-сюда. Это помогает мне думать, и никто не делает этого лучше, чем я, — подмигнув девушке, закончил он и развернулся, чтобы вернуться к себе в комнату.
Рейлинд, качая головой, смотрела, как Конан не спеша направляется к лестнице.
— Спокойной ночи, a bragadair nа mblat is nа mbreth.
Конан резко остановился и обернулся, услышав этот насмешливый комплимент. Но вместо того чтобы ответить ей оскорблением, он просто задумчиво на нее посмотрел.
— Кажется, я недооценил вас, леди Шеллден.
— О, я уверена, что если вы меня и недооценили, то лишь самую малость.
Конан облизнул губы в тщетной попытке скрыть улыбку, вызванную остроумной репликой.
— Я признаю, что ты далеко не то вялое, тупое создание, за которое я поначалу тебя принял. Но это не означает, что ты мне нравишься.
Это заявление насмешило Рейлинд.
— А я сомневаюсь, что ты способен когда-нибудь по-настоящему понравиться мне. И для подобного к тебе отношения у меня имеются веские основания, — рассмеялась она.
— Как и у меня, — чрезвычайно серьезно ответил Конан. — Ты не подходишь Крейгу. У тебя нет к нему настоящих чувств.
— Не переживай за Крейга. Он отдает себе отчет в том, что я его не люблю, точно так же, как мне известно, что он не любит меня.
— И все же предполагается, что вы поженитесь.
Рейлинд стиснула зубы и, не отводя глаз в сторону, ответила:
— Да.
Конан стремительно вернулся туда, где продолжала стоять Рейлинд. Подойдя очень близко, он прошептал:
— Но почему? Зачем жениться? Кого вы, все четверо, защищаете? Твоего отца?
Конан только что задал ей вопрос, ответ на который Рейлинд самой очень хотелось бы получить. Но поскольку она не знала его, она лишь пожала плечами, пытаясь напустить на себя вид умудренной опытом женщины.
— Что ты там только что сказал? У тебя есть свои секреты? Ну а у нас есть свои причины. Твои братья знают, что делают.
«Я очень на это надеюсь», — мысленно добавила она.
— Что ж, если это действительно так, то это с ними впервые в жизни… во всяком случае, в том, что касается Крейга, — отозвался Конан.
— В отличие от тебя. Ты ведь всегда знаешь, что делаешь, и никогда не принимаешь поспешных или неправильных решений.
Конан приподнял бровь при виде того, как яростно встала на защиту его братьев Рейлинд, и снова окинул ее оценивающим взглядом. Девушка заставила себя застыть на месте и с невозмутимым видом вытерпела внимательный осмотр.
— Возможно, я ошибся, когда счел тебя недостаточно хорошенькой для того, чтобы на тебе жениться. Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, я на соседнем этаже.
Не в силах справиться с изумлением, Рейлинд открыла рот. Но Конан уже отошел от нее и скрылся наверху. Этот человек был неисправим, но, во всяком случае, они больше не пытались забросать друг друга словами… по крайней мере пока. Однако Рейлинд поразило заявление о том, что Крейг обычно не знает, что делает. Что Конан хотел этим сказать? И почему он не упомянул Кревана?
Креван забрался в Северную башню через горизонтальную бойницу, расположенную в потайном месте на внешней стороне цоколя. В его душе все еще кипел гнев, и мужчина знал, что не сможет успокоиться, пока не поговорит с Рейлинд и не убедится, что она отдает себе отчет в той опасности, которую таит в себе флирт с Конаном.
Его брат успел обрести дурную славу как человек, который вначале плохо обращается с женщинами, а затем соблазняет их. Отсутствие логики в этой последовательности не переставало изумлять Кревана, но он давно смирился с тем фактом, что лишь немногим женщинам удается противостоять обаянию его младшего брата. Как правило, они соглашались сделать все, что он от них хотел. И после сегодняшнего вечера Кревану стало ясно, что Рейлинд к числу немногих неуязвимых счастливиц не относится.
— Спокойной ночи, a bragadair nа mblat is nа mbreth.
Услышав голос Рейлинд, Креван резко остановился на лестнице, оставаясь невидимым для беседующих на третьем этаже людей.
— Спокойной ночи, хвастунишка. Твои могущество и осведомленность поистине впечатляют.
Ему не пришлось ожидать слишком долго, прежде чем его предположение относительно того, к кому обращалась Рейлинд, подтвердилось.
— Кажется, я вас недооценил, леди Шеллден.
Gaduiche! Креван почувствовал, как у него внутри все перевернулось. Одно дело, когда Конан очаровывал женщин, и совсем другое, когда он сам вдруг был очарован.