-Я пойду с тобой, - произнесла я, опираясь спиной о тонкий ствол молодой березки. Наши плечи почти соприкасались, и от Паши пахло горькой прохладой и детским тальком. Его старшая сестра недавно родила близнецов и часто просила Пашку остаться с одним из них, друг не отказывал в помощи, с трепетом няньчясь с племянниками. Я так любила в нем все: и заботу о родных, и природную чуткость, и ум, и эту мягкую шоколадную красоту, получившуюся от брака русской женщины и араба.
-Спасибо, Сонь, - ответил друг, поднимая лицо к небу и щурясь на ярком солнышке. - За все спасибо.
Я кивнула и скрестила наши пальцы. Мне претило общение с парнями, но Паша - исключение из правил. Наша близость не вызвала у меня неприятия, только тупую застарелую боль от мысли, что я ему не нужна.
-Когда-нибудь мы оба будем счастливы, - пообещала я Паше, и он усмехнулся, повернул голову и посмотрел на меня так, что я пожалела о сказанном.
Вокруг царила настоящая гармония: щебетала какая-то пташка, ветер шуршал яркими пятнышками листьев, капли дождя посылали миллионы радуг всем, кто желал их увидеть, и только мы с Пашкой сейчас созерцали всю эту красоту.
-Когда ты перестанешь шугаться парней, а я признаюсь Верунчику в своих чувствах, - ответил Паша спустя время, и я кивнула, прикладывая к губам палец и шикая на друга. Невежливо прерывать выступление леса, когда природа вокруг так старается сделать меня хоть чуточку счастливее.
Глава вторая
Демон
-Солнышко мое, ты обязана надеть то платье, которые мы с папой подарили тебе на прошлый день рождения, - увещевала меня мама, сидя на краю кровати.
Однажды мама оплатила мне полный курс у психотерапевта, но прошла его сама, потому что я категорически отказалась. Все эти современные тенденции отвращали меня. Я же не кисейная брышня, как-нибудь справлюсь с собственным горем, и разговоры с чужим человеком точно не то, что способно мне помочь. Вот только мама так не считала. Они с папой часто ссорились, но после курса у психотерапевта она заявила, что ей помогло. С тех пор мама разговаривала тихим голосом, из ее поведения ушли агрессия и озлобленность, она перестала ревновать папу к каждой сотруднице, и я поверила в чудодейственность психотерапии. Жаль, до сих пор не решилась повторить опыт мамы.
Вот и сейчас мама тихим голосом, словно боясь, что я не стану ее слушать, говорила о том, как сногсшибательно я буду выглядеть в нарядном платье.
-Корсет и пышная юбка сейчас в моде, - уверяла она меня, а я сопротивлялась изо всех сил.
-Мам, я сама выберу, хорошо? - выпроваживала ее из комнаты с милой улыбкой на губах. Не помогло!
Не представляю, как папа согласился на покупку подобного вызывающего платья, но и он изменился за последние три года, удивляя меня своими поступками, словами и решениями. Трагедия, произошедшая с Игорем, повлияла не только на меня, но и на всю мою семью.
Первые три месяца родители не отходили от меня, боялись, что совершу непоправимый поступок. Я часто замечала папу в коридоре по ночам. Он стоял и прислушивался к моему дыханию, после чего тяжело вздыхал, прикрывал дверь и тихо шел в свою спальную. Из сильного и требовательного мужчины, он превратился в чуткого и восприимчивого пожилого человека, которому каждый шаг давался с трудом. Его голова полностью поседела, а спина все чаще сгибалась, и я ненавидела себя за это. Кошмары давно остались в прошлом, но трагедия, сломившая меня, отразилась и на нем.
-Я надену его, - сдалась я, наконец, предчувствуя, что совершаю огромную ошибку. Мало того, что буду выглядеть слишком вызывающе, так еще и потакаю родительским причудам вместо того, чтобы отстаивать свою самостоятельность и доказывать, что я вполне разумное существо, готовое передвигаться на своих двоих. В двадцать четыре пора бы уже и квартиру отдельную снимать, и свою личную жизнь обустраивать, а я все тяну с этим.
-Как хорошо, - облегченно выдохнула мама, - когда оденешься, помогу тбе с прической. Твои шикарные волосы покорят любого мужчину, дорогая, стоит их только почаще расчесывать.